Стрелки. Сборник рассказов

Она молчала, стараясь удержать улыбку на лице. Время подсказывало, что необходимо поторопиться.

– Перестань, мой дорогой, ведь ты уже не маленький мальчик, чтобы так капризничать. Я всего лишь ухожу на работу.

– Но это займет целую неделю. Разве можно столько работать?

– Зато, представь, как мы с тобой хорошо отдохнем. Семь дней пролетят незаметно.

– Я уже мечтаю, когда мы вновь окажемся вдвоем на этой кровати. В следующий раз я тебя никуда не отпущу. Так и знай! Ты должна быть только моей.

– Да, мой милый, и так будет всегда.

Солнечные лучи, не стесняясь, заглядывали в комнату. Она открыла окно, чтобы впустить прохладный воздух. Вместе с ним в комнату ворвались аромат свежей выпечки и шум просыпающегося города.

Он поднялся с кровати и крепко обнял её. Глубоко вдохнул запах волос и поцеловал в губы.

– Может, останешься ещё ненадолго? – в его голосе таяли последние надежды.

– Я больше всего на свете хочу остаться, но мне надо идти. Ты должен это понять, – даже шепотом её голос звучал прекрасно.

– Хорошо.

Дверь квартиры захлопнулась. Она быстро спускалась по ступенькам. Выскочив на улицу, пробежав пару дворов, остановилась и достала телефон. Чуть отдышавшись, набрала номер своего мужа и сообщила, что скоро приедет домой.

Он простоит у окна ещё двадцать минут. Ключи и оплату за ночную аренду квартиры оставит внизу у вахтерши. И, выйдя на улицу, будет ждать такси, которое отвезет его домой к жене и двум детям…

Очки

Это произошло в те дни, когда мороз своей легкой рукой неповторимыми узорами расписывал оконные стекла.

Каждому окну принадлежал свой рисунок. Каждой ели, что росла на краю хвойного леса неподалеку, – своё белое платье. Каждому мальчишке и девчонке – по красному носу. И немного румянца на щечках.

Зима наслаждалась своим величием, надменно шествуя по городам, лесам и озерам и оставляя за собой лишь белоснежный покров. Птицы в неравном противостоянии покинули оледенелые места и улетели на юг.

А некоторые звери почтительно выбрали спячку.

Но только человек, громко смеясь, катился, как очумелый, по ледяным горкам. Дети с горящими глазами, способные растопить любую стужу, толкая друг друга, наперегонки поднимались к вершине, чтобы, как можно скорее, спуститься.

Несмотря на возраст, Степан Ефимыч получал огромное удовольствие от наблюдений за резвящимися детьми. На душе становилось как-то по-особенному легко.