Идеальный мир

Тут один сержант в кузове говорит: «Товарищ майор, разрешите я сейчас шмальну с автомата». И скидывает уже с плеча автомат Калашникова.

Я на него тогда как заорал: «Ты что, дурак?! Петров, мать твою! С глузду двинулся?! А если эта сигара потом по нам шарахнет? Мокрого места не останется! Сто процентов не останется. И пуговицы от тебя не найдем».

Палыч сделал многозначительную паузу и обвел всех сидящих за столом серьезным взглядом.

– Вот как! НЛО. А ты говоришь, что не бывает. Не вру. Между нами как оно и было.

Десять бойцов, я и водитель. Разом все с ума не сходят. Трезвые как стекло, на дежурстве. За что купил – за то продаю!

– И все? На что она похожа-то была? – спросил Чибисов.

– Не перебивай! Светящийся длинный огурец размером с дирижабль. Снизу прожектор. Потом эта штука поднялась повыше, и только фьють! Вдоль дороги над посадкой улетела вперед. Бойцам командую. Поехали вперед. Может, километров через пять встречаем наших на уазике. Никого, спрашиваю, не видели тут? Да, говорят, была тут странная лабудень, не знаем, как назвать даже.

И рассказывают. Мол, едем, а нам «встречка» мчит, лоб в лоб навстречу тачка несется по встречной полосе как бы! Какая тачка, не знаем, потому как слепит светом. Глядим, а впереди-то дорога на самом деле ведь через сто метров поворачивает на девяносто градусов. Получается, не по дороге на нас что-то херачит, а над землей летит. Встали мы столбами, не знаем, что и думать, да просто не успели. Оно нас ослепило, над нами промахнуло и в поле улетело. И все без звука! Ни единого звука. Если бы самолет или дирижабль. Гудело бы и ревело, волна ветром.

«Так, бойцы, – говорю я, – все ко мне. Значит, так. Внимание! Договариваемся – никто ничего не видел. Если не хотите, чтобы нас всех комиссовали и отправили в дурку. В психушку никто не хочет?»

Ясен пень, идиотов нет.

Палыч обвел всех серьезным взглядом:

– Само собой, понятно. Такими вещами не шутят. Я, короче, всем популярно объяснил, чем эта хрень чревата.

– Палыч, слушай, неужели так никто начальству не доложил? – немного ошарашенный историей генерала менеджер встал из-за стола, загремела упавшая табуретка.

– Ага. Доложи. Тогда было так. В момент комиссуют на хер. Официально не бывает их. Тарелочек этих. На хер мне надо карьерой рисковать. Тогда быстро в дурдом закрывали. Нет. Ну, власти знали, конечно. На самом деле. Тогда много случаев было.

– Какой год-то? – спросил Снегирев.

– Не помню.