Волчий лог

Смахнув их, тыльной стороной ладони размазав этим по щекам грязь, он стал вспоминать Варьку как она, поливала младшей и страх потихоньку улетучился.

Трактор Кузьмича приближался. Ванька встал и перебежал подальше от края пашни, чтоб Кузьмич не заметил его. Он снова улёгся в борозду. Когда плуг проходил мимо него, Ванька вскочил, догнал плуг и запрыгнул на сидение. Металлическое сидение уже остыло, и он ощутил, холод металла всей задницей, через парусиновые штаны, через хлопчатобумажные кальсоны. Так он спрыгивал с плуга каждый раз, когда трактор Кузьмича приближался к «Волчьему логу», страх перед этим местом был не преодолим для Ивана.

«Всё, будя на сегодня». – Услыхал Ванька долгожданные слова от Кузьмича. «Идите домой, а то уж поздно». – Добавил он. Володька подпрыгнул от радости, подбежал к плугу и сунул палку под сидение, подёргал её рукой, проверив, не выпадет ли. Убедившись, что она держится крепко, помахал Кузьмичу кепкой. Ребята ещё постояли немного, наблюдая как трактор, с плугом уезжал в темноту.

Вот он полностью растворился в ней, только слабый свет от фары прыгал по полю вверх, низ, влево, вправо, как будто искал чего то. Ребята пошли по краю пашни, в сторону деревни. Иван долго не решался спросить друга, боялся ли он «Волчьего лога», или нет. Наконец собравшись, спросил:

«Вовк ты, когда у „Волчьего лога“ пахал, боялся?»

«Ещё чего». – Быстро ответил Володька.

«Побожись». – Предложил Иван. Володька остановился, молча постоял немного, потом ответил:

«Ещё как, аж кишки в узел скручивались».

«А перед логом с седушки спрыгивал?». – Спросил Ванька.

«Пока видно было держался, а как стемнело, будто чёрт меня с плуга сбивал». – Признался он.

«И я тоже». – С обидой проговорил Ванька. «Выходит мы трусы, а на фронт собрались, отцам помогать, немцев бить». – Подытожил он.

«А давай, завтра до лога пахать, не спрыгивать». – Предложил Володька.

«Давай». – Радостно подтвердил Ванька. И они почти бегом двинулись к дому.

Глава 3

Холодной, осенней ночью в степи при лунном свете было видно, как волки сплошной, серой тенью бежали рысью, ступая след в след.

Старая волчица вела своих четверых волчат, в свою школу, школу волчьей жизни. Следом шёл матёрый, он изредка останавливался, поднимал морду к верху и втягивая ноздрями холодный, осенний воздух, подолгу прислушивался, поворачивая уши в разные стороны. В лунном свете он казался огромным и седым, будто присыпанный утрешней печной золой.