Авторы XXI века. Апрель 2020

помнит как утром он встал и был весел.

страшный грохот.

помнит, как год начинался с песен.

чёрный хлопок.

помнит, как у пруда за девчонкой глядел.

дыханье выжгло.

как на коленях у мамы сидел.

застыл недвижно.

тепло и влагу кормящей его утробы.

последней мыслью

первую мысль первого наяву

я в жизнь вольюсь,

умереть чтобы.

Султанка гордая и муж её султан

султанка гордая и муж её султан,

которого все называли дядя

Али, подрались как-то за стакан

уже больше, чем надо, заснарядя.

сбежались все серальные на крик,

и разнимал их евнух безъязыкий,

чей ещё в детстве вырванный язык

мешал ему увещевать их крики.

о ту пору близехонько бежал

визирь с лицом кота в чужой сметане,

он тот напиток райский разбавлял

и относил, что слил, к такой-то маме.

от мамы всё, разбавившись ещё,

шло дальше, попадая на базары,

и между тех, кому не страшен черт,

рождало ещё худшие там свары.

Вообще Багдад был город хоть куда,

хоть и был сделан полностью из глины.

сходились без конца к нему суда

двугорбые и в основном – пустыни.

Вот и в ту ночь неспешный караван,

влача в горшках разбойников штук сорок,

пока дрались с султанкою султан,

к пещере путь держа, покинул город.

Ночной комар – писклявый нервотрёп

ночной комар – писклявый нервотрёп,

моя постель, как стадион с корридой,

где матадором он.

над ухом шпаги звон,

я злой, проколотый и жаль, что не убитый.

Когда нам страшно убивать себя

когда нам страшно убивать себя,

мы все вокруг тихонько убиваем.

нам страшно умирать, а зря,

ведь, может, лишь тогда мы оживаем?

об этом что-то знает и молчит

знаток людских сердец, небесный кит.

и на стене увидев лунный блик,

я вышел показать ему язык.