Ублюдки

Никто не зудел у него над ухом, никто не требовал срочно бежать выносить мусор или звонить в школу, чтобы ругаться с учителями из-за того, что они поставили дочке не те оценки. Опять же, никто не диктовал, когда ему идти в магазин и что именно покупать в этом магазине.

Или вот сегодня, например, в свой выходной день, захотел Леонид Аркадьевич пойти в зоопарк, посмотреть на змею или на экзотическую сингапурскую белку и пошёл. Другое дело, что, как всегда, надули, никакой белки там не оказалось, якобы она куда-то сбежала или улетела, дурят, короче говоря.

Но это в конце концов он переживёт. Жил раньше без белки-летяги и дальше будет жить ещё лучше. Главное, что никому отчитываться не надо – где был, зачем, почему.

Зато, между прочим, познакомился с симпатичным человеком. Телефонами обменялись.

Леонид Аркадьевич сделал ещё глоточек и громко с удовольствием рыгнул, тут же поймав себя на мысли, как приятно было сделать это без оглядки на кого-то, не думая о том, что тебе сейчас устроят очередной выговор, будут стыдить, насмешничать.

Теперь можно рыгать сколько душе угодно, можно даже шумно пердеть, ничего не стесняясь, грызть ногти, подолгу ковырять в носу.

Или, например, можно ночью не ходить в туалет.

Дело в том, что часто по ночам Леонид Аркадьевич просыпался от того, что переполненный мочевой пузырь вдруг требовал срочного опорожнения. Приходилось вставать, надевать халат, так как в соседней комнате спала дочка (которая могла его увидеть, если бы он пошёл голышом), и через всю квартиру тащиться в уборную.

Сон, разумеется, при всех этих действиях улетучивался напрочь, потом больших трудов стоило заснуть опять.

Теперь же Леонид Аркадьевич поставил под кроватью трёхлитровую стеклянную банку, и если ему приспичивало, то он, не открывая глаз, нащупывал банку, свешивался над нею и писал, почти не просыпаясь, не нарушая сладости сна. А это, между прочим, крайне важно, благодаря хорошему непрерывному сну он прекрасно себя чувствовал на следующий день.

Да и вообще, чего греха таить, пока что он во всех отношениях только выиграл от произошедшей жизненной перемены. То есть, разумеется, он с печальным и озабоченным видом выслушивал соболезнования знакомых, всевозможные советы, как обустроить будущую холостяцкую жизнь, но на самом деле душа его ликовала.

Глупые советчики и не догадывались, что Леонид Аркадьевич давным-давно всё продумал и организовал самым наилучшим образом.