100 слов о…

Спасительница

Евгений Васильевич, посмотрев на моё серьёзное лицо, засмеялся:

– Что? Заинтриговал я тебя? Дальше будет ещё круче. Ну так вот, там в одном месте около дороги росла просто огромная ель. На одном корню несколько стволов, и низ ёлки как юбка. Немцы вдоль дороги стояли до ёлки и после неё, а вот у ёлки никого не было, и, как я позже понял, у них не было обзора. Даже не заметил, как оказался в этой юбке. Мужики сомкнулись и понесли ящики дальше. И тут я вдруг испугался. Просто умер со страха.

Ведь теперь крышка – найдут и убьют! Опять-таки собаки, о которых я не подумал. Стоявшие рядом фрицы ничего не заметили, но вдоль дороги проходил немец с собакой. Она зарычала и бросилась к ели. Немец остановился, подошёл ближе. Я даже дышать перестал. А он всё ближе, и собака аж хрипит, душится в ошейнике. И в этот момент у меня из-под ног вдруг что-то так рвануло в сторону дороги, что я уже от этого чуть не закричал. Лисица смогла пробежать всего метров пятьдесят: автоматная очередь – и всё… Я-то решил, что в меня стреляли, и почти сознание от страха потерял. Немцы заржали от удовольствия. Где б ещё им представилась возможность поохотиться?! А собака меня чует и всё равно ломится к ёлке. Немец подошёл, поднял лапы-ветки ёлки, слава Богу, не с моей стороны, а там нора лисья оказалась. Он достаёт одного щенка, который визжит и тявкает по-собачьи, затем другого. Фрицы вроде бы удовлетворились, а собака всё же нет, так и рвётся. Но её хозяину уже это надоело, и он насильно увёл свою псину. По времени это был примерно обед, а работы велись допоздна. И вот эти все часы, а за ними ещё практически всю ночь я лежал почти без дыхания под моей ёлкой. Только рано утром очнулся от страха и смог пошевелиться. Я осмотрелся: вагонов не было, как и людей вокруг, вылез из своего убежища и хотел быстренько слинять в лес, но вспомнил про ящик. Походив вокруг и подняв штык от винтовки, попробовал открыть его. Это было сложно, но получилось. В ящике оказались завёрнутые в пергамент золотые слитки. Их было ровно двадцать штук. И, хотя шла война и возможность использовать их по назначению была совершенно нереальной, я решил спрятать их в лисьей норе. Забил ящик, положил его в нору и засыпал её землёй. Затем внимательно осмотрелся, чтобы запомнить местность, и рванул в лес.

Странно, что живой

Я сидел, совершенно изумлённый и поражённый услышанным. В жизни не встречал человека, пережившего подобное, а тут довелось даже поговорить с ним.