В больнице тоже режут ноги

– Что за отряд?

– Не знаю его название, но в него входят пять человек, четверо меняются один раз в год, а пятый человек – нет, он уже давно входит в этот отряд.

– Интересно, они убивали кого-нибудь?

– Тише, Макс, я не думаю, что нам стоит это обсуждать. Но если честно, я думаю, они на многое способны. Однажды мне приходилось их видеть. Они ходят в солнцезащитных очках и черных строгих костюмах.

– Слушай, а как зовут твоих родителей, ты мне как-то говорил, а я забыл.

– Говард и Ариэль. Я, если честно, не помню, как твоих зовут.

– Габриэль и Лейла.

Мы болтали на скамейке еще минут тридцать, что даже не заметили, как над нами начали сгущаться тучи. Первые капли дождя мне попали на руку. Подняв головы вверх, увидели черные тучи, сразу стало понятно, что дождь будет сильный. Решив, что нужно как можно скорее, возвращаться домой, схватили свои велосипеды и поехали в сторону дома. Поднялся сильный ветер, который дул в лицо, и временами приходилось зажмуривать глаза. Стремглав мы мчались в сторону дома, чтобы не промокнуть до нитки, но дождь уже настиг нас, обрушился, словно апокалипсис.

За несколько секунд мы промокли с ног до головы. Мы выехали из парка, несколько сотен метров нас отделяло до нашего двора. Дождь не прекращался, а ветер стал еще сильнее, приходилось даже одной рукой прикрывать глаза, используя ее словно козырек от кепки, а второй рукой управлять велосипедом. Завернув во двор, мы были почти у цели. Удар. Я лежу на асфальте, перед глазами два огромных фонаря светят в лицо. В глазах становится темно, сильная боль пронзила мое тело, тяжело дышать. Пытаюсь изо всех сил набрать воздуха в легкие, капли дождя бегут по лицу, сверкают молнии на небе. Вижу, как Виктор что-то говорит, но я его не слышу, темно перед глазами, веки стали тяжелыми и закрылись, я отправился в небытие.

Ужас в глазах Виктора не передать, как он испугался за своего друга. Автомобиль сбил Макса, водитель даже не посмел выйти, посмотрел на детей и с огромной скоростью покинул это место.

Виктор бросил свой велосипед и побежал к Максу.

– Макс, Макс, ты меня слышишь? Держись только, все будет хорошо, этот ублюдок даже не вышел.

Виктор видел, что Макс не может вымолвить ни слова. Он понял, что удар пришелся прямо в правую ногу, так как кость торчала из кожи. Остальные ссадины казались мелочью по сравнению с этой. Виктор начал звать на помощь, но никто не откликнулся, обернувшись по сторонам, он понял, что в такую погоду на улице никого не было.