Параметры поиска

Может, эта опостылевшая предсказуемость и заставила подсознание съехать с проклятых рельсов, по крайней мере, такая версия обладала притягательностью решительного бунта, но скорее всё-таки курительная смесь оказалась «с сюрпризом», и дальнейшее было лишь последствием традиционно легкомысленного поведения.

Так или иначе, но он пришёл к тому, к чему пришёл, и, чем шире становилась пропасть дней, отделявшая его от некогда родного города, тем радостнее ему становилось. Дело было в том удивительном чувстве свободы, что открылось ему вдали от источника соблазнов: вдруг оказалось, что он далеко не животное, подверженное неоспоримой власти инстинктов, выяснилось, что интересы его лежат за гранью непрекращающегося буйного веселья, вне магической троицы из наркотиков, выпивки и баб.

Он ощутил в себе отчаянную потребность думать, не соображать, просчитывая текущую ситуацию, но именно размышлять, когда мысль не ограничена фарватером сугубо вещественного результата, и это новое открытие перечеркнуло всё, что было до этого. Его мало занимали научные достижения, смелые теории или блистательные открытия, устройство вселенной и тайны прошлого были ему совершенно безразличны, разве что иногда полезны в качестве искомого толчка, после которого мысль отправлялась в свободное плавание или, лучше сказать, полёт. Выяснилось, что пожертвовать неделю на кропотливое разглядывания небосвода есть вполне разумная затея, если в итоге ушедшее время не кажется попусту растраченным – вечный призрак бесполезности, маячивший перед ним всю сознательную жизнь. Раньше он всегда опасался, что нечто важное проходит мимо, покуда охочее до незамысловатых радостей тело утопает в заслуженном наслаждении, а теперь, когда движение, казалось бы, остановилось, сей щепетильный вопрос целесообразности, сделав напоследок реверанс, деликатно самоустранился. Происходящее стало напоминать игру, как будто всё происходит не всерьёз, понарошку, но он твёрдо знал, что игра важнее самой закоренелой реальности, потому что в конце его ждёт не притворно сладкая победа, а нечто куда как более значительное, хотя и постыдно нематериальное. Грустно смеясь над собой, а как ещё было реагировать на нелепые потуги закоренелого потребителя найти в себе некое духовное начало, Андрей, тем не менее, продолжал искания, что, кстати, было несложно, ибо никаких действий и не требовало.