За пределами добра и зла. Пьесы

Всех сегодня интересуют только деньги, скандалы, секс, убийства.

Вика. Всех?

Михаил. Да, милое дитя. Всех. А Вы, что же, не знаете об этом? Живете в своем маленьком мирке, который сами себе придумали, с розовыми облаками и мыслями-мотыльками – и не замечаете реальности?

Вика. А, может, именно ее-то я и наблюдаю?

Михаил. Сомневаюсь. Подозреваю, не сладко Вам с Вашими мечтами живется?

Вика. А Вам сытно живется?

Михаил. Мне? Преочень даже!

Вика. И Вы рады?! (Пауза.) А я неустанно благодарю жизнь за то, что она не спешит сделать меня богатой, так как стремление преуспеть побуждает меня думать, раскрывать в себе таланты, искать варианты, действовать в разных направлениях, просчитывать ходы и, таким образом, развивать интеллект.

Эдгем. Осваиваете науку – побеждать?

Вика(утвердительно кивает головой). Я часто падаю, поднимаюсь – и чувствую признательность миру за наставничество в виде очередной неудачи, ведь все мои промахи – это неотъемлемые элементы процесса обучения, своеобразные ступеньки к успеху.

Михаил. Уверен, окружающие над Вами смеются.

Вика(недоуменно пожимает плечами). Ну, и что! Почему меня это должно волновать? Не имеет значения, что думают другие. К тому же, я – из числа тех, кто решает менять общественное мнение.

Эдгем. Дерзко!

Вика. Только дерзко и никак иначе! Зачем же я тогда живу? (Пауза.) На мой взгляд, ценность опыта значительно преувеличена… стариками. Некоторые так «застолбились» в стандарте, что чувствуешь: закостенели!

Михаил. Ты отвергаешь опыт?

Вика.

Иногда – да, отвергаю. В том случае, когда он мешает развитию, мешает раскрытию новых возможностей и творческой импровизации, Я отвергаю опыт, если он мешает победе и радостному ощущению мира. Мне нравится свежесть восприятия.

Эдгем. Браво, Вика! Только многим нравится классика, а не модерн.

Вика. Мне тоже нравится классика! Даже не представляете, на сколько! Но вынуждена признать, что некоторые ее грани «потерты временем». Например, когда я предлагала свои революционные пьесы режиссерам московских театров, я столкнулась с тем, что для большинства из них миф священен.

Его нельзя касаться. Нельзя разбивать авторитеты. Почему, спрашивается. У молодости такого предрассудка нет.

Михаил. Интересно. Ты дерзновенна до такой степени, что провозглашаешь революцию? И свергаешь авторитеты?

Вика. Некоторые авторитеты «свергаю». Не все. Есть те, что дороги моему сердцу.

Михаил. Да, все авторитеты неприкасаемы.

Вика. Вот еще! Буду спорить.