Университетская роща. Сборник рассказов

Мы слегка подвыпившие, но они не заметили…

– И слава Богу! – встрял Слонов.

– Не мешай, – обрубил его Петров и стал рассуждать дальше. – Документы на машину? Они дома, отец их не взял с собой, зачем они ему…

Петров не договорил. Его вдруг как молнией ударило.

– Ви-ть-ка-а…– растерянно протянул он. – Отец-то в Ялте… Елки-палки! И предкам, и себе все испортил! А мой день рождения?! Нам же торчать здесь, пока отец не приедет! – не сказал, не прокричал, а проорал Петров, от волнения вскочив на ноги.

– Нет, нет! Этого не может быть… Я не верю… Со мной этого не может быть… – убивался Сашка, поняв истинную картину своего положения.

Слонов мрачно сидел, обхватив голову, тупо уставившись в пол.

– Витька! Ну ведь так же не может быть! Ты только представь, там отцу придет телеграмма, он сорвется и приедет сюда, чтобы увидеть, какого придурка вырастил! Я же обещал! Я же обещал, что не прикоснусь к ней… – чуть не плача, произнес последние слова Петров, ища поддержки у Слонова.

Слонов молчал.

Чем он мог помочь? Единственное, что его успокаивало – это то, что до воскресения его не хватятся, а там, глядишь, и Сашкин отец подъедет.

Петров с хлюпаньем шмыгнул носом. Виктор понял, что у Сашки сдали нервы и он заплакал. Не в силах ничего изменить, ему оставалось одно – молчать.

Еще помолчали.

– Витька! – позвал Петров ломающимся и все еще дребезжащим голосом.

– Что? – с готовностью, как будто только этого он и ждал, откликнулся Слонов.

– Как ты думаешь, из наших знакомых кто-нибудь встречал день рождения в кутузке?

– Сомневаюсь, – немного подумав, ответил Слонов.

– Хоть это радует, – вздохнул Сашка.

Под ним скрипнули нары, и он затих. Посидев с минуту, Слонов тоже лег и, подложив под голову руку, закрыл глаза.

– Погуляли…

1992

Маска

По духу и по рождению Влад Березин был Сибиряк. Под два метра ростом, вес за сотку, широкая кость, сильный, выносливый, а вместе с тем, открытый, прямой, улыбчивый, всегда готовый прийти на помощь и помочь, если это в его силах.

Деды и отец у Влада, тоже были великаны, мощные, рассудительные, спокойные. И мать Влада, была женщина крупная, статная и невероятно красивая, именно про таких говорят «кровь с молоком» и, именно такие, пышут красотой и здоровьем, даже когда им за сорок. Поэтому на семейных праздниках и застольях, когда собиралась вся большая семья Влада, никогда не возникал вопрос в чью породу он пошел.

– В обе удался, – говорили довольные деды.