Донбасс / «Бездна бездну призывает…»

С ним – хоть на край света! Теперь она уже позволяла себе помечтать о том, что для её дочек не найти лучшего отца взамен того, за которого она когда-то так рано вышла замуж…

На дороге перед частью выстроилась, ревя моторами, колонна тех самых уродливых военных машин, напоминающих лодки, возглавлял которую «Урал» с КУНГом, называвшийся, как она уже знала, «ка-ша-эм». В нём с относительным комфортом расположились трое: она, её герой и ещё один офицер в летах, отвечавший, как она знала, за связь. Дорогой офицеры беседовали, в основном между собой, всё больше о войне и политике, иногда спрашивая и её мнение, наверное, больше из вежливости… «В поле» начались учения: машины, двигаясь сначала колоннами, разбивались потом на группы по три, перестраивались, обстреливали мишени, из машин высаживалась пехота, двигаясь за машинами и тоже стреляя куда-то.

Он же, её герой, вооружившись радиостанцией и надев гарнитуру, организовывал все эти слаженные действия гусеничных бронемашин, бороздивших поля и по команде проламывающихся сквозь лесопосадки, словно исполняя в зимнем поле какой-то замысловатый мрачный танец больших машин и маленьких на их фоне людей в форме.

После этой «танцевальной программы» был перерыв: машины, вернувшись, выстроились в колонны, словно отдыхая, с ними бок о бок отдыхали люди. Из части приехал ещё один «Урал», привёз зелёные военные термосы с обедом, распределил их по колоннам. И тогда пожилой офицер ушёл из КУНГа к машинам налаживать кому-то связь.

Их недолгий, в общем-то, разговор с глазу на глаз она помнила потом всю жизнь.

Теперь она была полна надежды на новое счастье, хотя ничего определённого сказано вроде бы не было… – Давай дружить, – ласково заключил он.

VI

– Пэ-ка-эм – машина серьёзная, это тебе не с автоматом бегать, – поучал дядя Женя нового бойца, уже не «робота». – Вот тут сверху открываешь крышку, закладываешь ленту. Вот короба для лент, бывают на сто и на двести пятьдесят. В ленты будешь заряжать каждый четвёртый трассёр – вот они, с зелёными мысками, – чтобы ночью видеть, куда летит.

– Да и вовсе он не тяжёлый, – довольно сказал Петя, перехватывая пулемёт в одну руку и лихо закидывая его на плечо, – всего-то килограммов десять!

– Ну, это пока не тяжёлый, полазаешь с ним сутки к ряду, побегаешь… Плюс запасной ствол, плюс бэ-ка.

– Что?

– Что «что»? Боекомплект.

– А-а.

Пете предстояло заступать в караул, а на другой пост заступал Худой, тоже попросившийся в ополчение.