Как тебе такое, Iron Mask?

Да мы сейчас поедем через центр, сами увидите…

ALEX: я возглавил колонну танков

THEO: вау я трахаю лидера революции

ALEX: будешь так шутить отрублю голову холоп

THEO: что такое kholop?

ALEX: приеду расскажу

THEO: не сможешь рот будет занят

ALEX: отъебись маньяк

Взбудораженный шутливой перепалкой, или что это такое было, Алекс победно посмотрел на Юрия как на ближайшее физическое тело, просто перевел взгляд. Юрий отчего-то засмущался, стал нервничать и сильнее прежнего таращиться в окно, так, что Алекс даже подумал: вдруг он успел прочитать переписку на экране айфона.

Они бодро пролетели в Москву, когда и ойкнуть не успел, а ты уже в центре.

– Куда мы едем?

Танков, кстати, не было, да. Ничего подобного. Алекс особенно внимательно приглядывался, когда подъезжали к площадям. Иногда ему казалось, что слишком много народу и все как-то возбужденнее, чем раньше, но затем он видел, что народ просто ломится со всех сторон к метро.

– К Михаилу Андреевичу.

– Я понимаю, но мы проехали поворот на Белый дом.

– А мы едем к нему домой.

– Интересно… Интересно. Очень интересно. Но его дом в Барвихе.

– А это городская квартира.

Алекс подумал еще.

– Наша квартира была на Смоленской, и, насколько я помню, мы ее давно освободили. Очень давно.

– За это время многое изменилось, – оборвал его Ринат.

Объект доставлен на объект «Шипр»

Они подъехали к шлагбауму какого-то понтового жилого комплекса на Красной Пресне.

Алекс возвращался в «похищение спецслужб», только уже не так залихватски. Глупо. Если бы они задержали его сразу в аэропорту, он бы держался нагло и молодцом. Как-то больше был готов.

– И давно папа здесь живет?

Никто не счел нужным отвечать. Вернее, Ринат, буркнув что-то типа «сейчас», достал из бардачка планшетку и пошел к будке охраны.

Ой, нет. Он понял. Все оказалось еще хуже.

Алекс ждал, пристыженный, пришибленный.

Он просто не сразу сообразил. Все знают – у Михаила Андреевича Николаева новая семья. Новое жилье, стало быть. Все знают, а сын выставляет себя бедным родственником, которого даже не изволили посвятить.

Алекс на самом деле тоже знал. Новая жизнь отца открылась даже не благодаря английской прессе – обычно падкие на российскую правду, к такому событию, как свадьба третьего-пятого лица, западные «кремлеведы» отнеслись равнодушно, – а благодаря нашим.