Вперед, по жизни

– Лёнь, а ты всегда такой храбрый? – Ритка в восторге не отрывала взгляда от Лёньки.

– Да отстань ты, – Лёньке некогда было отвечать на Риткины вопросы, он мазал Серому кусок оторванной кожи и старался прибинтовать его к голове. – Ты лучше вместо того, чтобы болтать, Серого держи, а то он от боли и меня сейчас может цапанyть.

– Лёнь, а зачем ты полез к собакам? – не обращая внимания на Лёнькины слова, продолжала расспрашивать Ритка.

Но вняв Лёнькиной просьбе, Ритка крепко сжала голову Серого, приговаривая при этом все ласковые слова, которые знала, стараясь успокоить скулящего пса.

– Да откуда же я знаю? – так же автоматически ответил Ленька, занятый обработкой раны. – Ну, полез и полез. Разве я об этом думал? Мне просто стало страшно за Серого, – и он мимолётом взглянул на Ритку.

– Нет, Лёнь, я бы так не смогла, – восторженно смотрела Ритка на Лёньку. – У меня бы на это смелости не хватило.

Тут Лёнька оторвался от обработки раны:

– Дура ты Ритка! – посмотрел он ей в глаза.

 – Когда друг находится в беде, то ты и не на такое пойдешь. А если бы его убили или разорвали в клочки? Что бы ты потом делала? – он достал очередной бинт, стараясь как можно плотнее прижать оторванный кусок кожи к голове собаки с его помощью.

Ритка на это вообще ничего не ответила, а только смотрела за Лёнькой и его руками, которыми он старался облегчить страдания Серого.

Вот так и окрепла дружба Лёньки с Серым.

И всегда, когда ребята возвращались с работы, первым, кто их встречал на прииске – это был Серый.

А иной раз, он ходил с Лёнькой и на работу.

Лёнька рубил профили, а Серый появлялся, то тут, то там, и всегда бегал вокруг него кругами, как будто оберегая от какой-то опасности.

Он как чувствовал, когда Лёньке требовалось сделать перерыв, подбегая к нему и верно глядя в глаза. Конечно, он хотел получить небольшой кусочек из «тормозка», который Лёнька брал с собой на целый день.

Лёньке это знал, но иногда Серый подбегал к нему и так смотрел в глаза, что, в них порой даже становилось страшно смотреть, настолько его взгляд походил на человеческий. То ли Серый хотел высказать этим взглядом верность Лёньке, то ли уберечь его от внешней угрозы, от которой он его сейчас охраняет, то ли он благодарил его за что-то. Лёньке этого не понимал.