Вперед, по жизни

Они, вроде бы отдавали ей больших, упитанных уток, а та за головы притащила какие-то непонятные скелеты.

– Чё ты притащила? – Витька подошёл к Ритке и в изумлении взял у неё общипанных уток.

– Чё давали, то и принесла, – возмущенно отреагировала Ритка на претензию Витьки. – Забирайте своих утей. Они мне не нужны.

Уток Ритка не выпотрошила.

Посмотрев на уток в Витькиных руках, Иван Михайлович решил:

– Всё! Хватит возмущаться. Какие есть такие, значит, и есть не нагуляли они ещё жиру. Через месяц они будут готовы к перелетам, вот, тогда и будут больше, а сейчас, давай их сюда.

Я их выпотрошу, а потом и будем готовить из них супчик. А если хотите, то я их и зажарю? – он вопросительно посмотрел на ребят.

Витька тут же отреагировал на слова Михалыча:

– Так это же долго будет тогда. Мы сейчас жрать хотим, не могу я больше терпеть.

– Ну, что ж. Хозяин – барин. Вы – добытчики, вам и распоряжаться, – согласился с Витькой Михалыч и вышел во двор.

Мальчишки тут же разожгли плиту, поставили на неё котел с водой и принялись ждать Михалыча.

Как только он появился, то все обязанности по приготовлению супа, взял на себя Михалыч.

После того, как утки проварились с полчаса, он положил туда картошки, которую Лёнька с Сашкой предварительно почистили, и добавил каких-то, только ему одному известных, трав.

Попробовав суп большой деревянной ложкой, Михалыч удовлетворенно крякнул и радостно произнес:

– Ну, что ж! Прошу к столу! Несите сюда свои чумички. Будем пробовать результат вашей добычи.

Суп получился замечательный и мальчишки его с удовольствием хлебали.

Тут вновь появились оба Бориса. Бесцеремонно подвинув ребят, они по-хозяйски устроились за столом, выставив на него бутылку водки.

По запаху, идущему от них, и поведению, было видно, что Борисы уже были на весел?.

Увидев бутылку, весёлое настроение у мальчишек пропало.

Иван Михайлович недовольно посмотрел на Борисов:

– Вы что, опять, что ли, будете как тогда, – он щелкнул себя по кадыку, – еле-еле на следующий день шевелиться?

– Не, Михалыч, ты не переживай, всё будет нормально, – стал клятвенно заверять старший Борис заплетающимся языком.

 – Сегодня же воскресенье. Имеем право на расслабон.

Михалычу тоже налили сто граммов, и он успокоился, только иногда виновато посматривая на ребят.

А мальчишки с Риткой продолжали доедать суп, но только уже без прежнего веселья и разговоров.

Неожиданно, скромно постучавшись, в дом вошла Ленка.