Дальние страны

Дедушка спрашивает:

– Ну, все цветы оборвала?

Я успокаиваю:

– Нет, деда, там ещё много осталось!

А на пасеке тёплый сладкий дух, солнечный день… Собачки вертятся у дедушкиных ног, хоть он говорит «под ногами». Дедушка кому-то представляет нас с Октябриной: «Вот эта (Октябрина) челдонка, а эта (обо мне) – хохлушка».

Афродита. В нашу баню приходила мыться в женскую смену тётя Оля, мама этого, Барабанова Тольки. Когда тётя Оля скинула с себя одежду в предбаннике и вошла внутрь, на ходу расплетая косы, меня озарила мысль-молния: «Афродита!» Я видела в школьном учебнике моих тётушек-школьниц такую картинку, «Афродита», точь в точь тётя Оля.

Спешу в свою яму-мастерскую лепить тётю Олю-Афродиту.

Осень, мельница. Мы с бабушкой на мельнице, перемолоть зерно в муку. Какие-то огромные приспособления, потоки – то зерна, то крупы – движутся по наклонной сверху вниз. Тихая очередь женщин с кулями зерна на помол. «Это натура, так колхоз расплачивается за труд», – говорит бабушка.

По помещению ходит мельник дядя Кузя. Лицо его, одежда, всё припудрено мукой… Всё как в тумане.

Одержимая. Я научилась читать рано, в три года. Как это было – это было ещё в Поморцево: проникла в мамин класс – частенько это делала, сижу под партой, а кто-то сидящий за партой спустил вниз, под парту и показывает мне алфавит, шёпотом объясняя каждую букву. Буква «я» вызывает замешательство. Я выглядываю из-под парты и удивлённо спрашиваю:

– Ты?

– Нет, это буква такая, «я».

– Ты!

– Нет… «Ты».

– Аа… Я!

И с тех пор читаю всё, что попадает под руку, то есть на глаза, в основном, на глаза попадают школьные учебники моих тётушек-школьниц.

…Хочу ходить в школу. Сидеть как все, за партой, а не под партой: вот так я хочу ходить в школу. Пришла из Поморцево мама, и упросила свою подругу Веру Емельяновну, учительствующую в первом классе Сидоренковской школы, принять – потерпеть меня, недоросля, в её классе. Прихожу. Меня сажают третьей за парту с двумя сёстрами Курочкиными: сопливые лица.

И ещё: портят воздух: конечно, испытание непредвиденное, но – терплю.

Первый урок – чтение.

– Ма-ма мы-ла ра-му…

Трудно перестроиться читать по слогам, а не свободно, как я уже привыкла, ведь читать я начала ещё где-то трёх лет. Итак:

– Ма-ма мы-ла ра-му.

Второй урок – чистописание. Старательно вывожу вместе со всеми крючки и палочки с наклоном. Сёстры Курочкины страшно воняют. Третий урок – арифметика.