Когда начинается всё самое интересное

Вечером перед отъездом, когда Дункан в очередной раз щёлкал камерой, ловя краски заходящего солнца, а Лиза старательно вязала разноцветные ленточки на один из четырёх высоких деревянных шестов, установленных для всех желающих обратиться с просьбой к духам на мысе Бурхан, к ней подошёл пожилой похожий на бурята мужичок, явно из местных:

– Счастья хочешь, красавица? Будет тебе счастье, скоро исполнится твоё самое заветное желание, только ты ничего не бойся. Найди способ как страх преодолеть, тогда всё у тебя получится.

«И чего это мне не бояться», – удивилась Лиза, но к словам шамана отнеслась серьёзно.

В сувенирной лавке, соблазнившись уникальными свойствами камня под названием шунгит, Дункан накупил брелков-магнитиков и уже собрался возвращаться в гостиницу, как заметил, что Лиза вертит в руках фигурку лягушки ярко розового цвета:

– Нравится? Это что за красота такая?

– Это арбузный кварц, очень редкий и красивый камень, его так из-за необычного цвета спелой арбузной мякоти назвали.

Именно арбузный, а не розовый, розовый кварц другой, гораздо светлее.

– Можно я тебе этого симпатичного лягушонка куплю?

– Да зачем мне эта безделушка, какая от неё польза.

– А разве красота обязательно должна быть полезной?

– Предпочитаю красивым вещам полезные, – ответила Лиза и вышла из магазина.

Возвращение в Иркутск после Ольхона напомнило апокалипсис, город заволокло жёлтое марево лесных пожаров. «Слава Богу, завтра в ночь обратно в Москву», подумала Лиза. Но провести следующий день спокойно не удалось, упрямый ирландец вовсе не собирался отказываться от своих планов по съёмкам горящего леса.

Заметив у гостиницы авто с узнаваемыми буквами TV, он буквально вцепился в переводчицу, чтобы та договорилась с местными телевизионщиками, которые собирались ехать делать репортаж о выгоревшей деревне, взять их с собой. Оказавшись на месте Лиза ужаснулась: от деревянных домов остались одни почерневшие столбы, возле которых копошились лишившиеся крова жители, тщетно пытаясь найти что-то из уцелевшего скарба.

«Ужас какой, прямо как на войне», подумала она, с осуждением глядя на щёлкающего камерой Дункана, – у людей горе такое, а он снимает. Вот интересно, если бы у него на глазах кто-нибудь тонул, он бы спасать бросился или продолжал свои картинки щёлкать?»

На обратном пути Дункан сказал, что поведёт машину сам, пристроившись вслед за телевизионщиками. Не раскусив подвоха, Лиза согласилась, и как оказалось, напрасно.