Изоморф. Каратель

И снова исчез, больше не желая ничего ни слышать, ни объяснять.

* * *

– Вот такие дела, – без особой радости закончил я свой рассказ, успев за это время перебраться с пола на кушетку в гостиной и смолотить целую кучу драгоценностей, которых моими же стараниями в доме хранилось немало.

– И что теперь? – тихо спросил Макс. – Что с тобой будет?

– Пока Ули слаб, сменить форму я не сумею. В лучшем случае вернусь в первоначальный облик, но потом еще не скоро смогу стать человеком.

– Сколько малыш будет спать?

– Да кто бы знал, – тяжело вздохнул я.

 – На эту матрицу он потратил все, что мы копили месяцами. Особенно на браслет. И аккумуляторы к нему. Когда меня притащили в Орден, зарядные пластины были почти полны… Я иногда чувствую его, но очень слабо. И понятия не имею, как он умудрился нас вытянуть из такой глубокой задницы.

– Он у тебя молодец, – со странным чувством произнес дом, качнув большой люстрой на потолке. – Настоящий друг. Как и улишши.

Я машинально погладил левую сторону пальто, во внутреннем кармане которого дремала ослабленная малышня, и успокоенно прикрыл веки.

Правда, ненадолго. Когда сыто урчащий хвост доел последние крохи угощения, а осоловевшая Пакость, в кои-то веки дорвавшаяся до Максовых кладовых, так же сыто икнула, я заставил себя подняться.

– Уходишь? – грустно спросил дом, когда я подхватил растолстевшую от обжорства нурру и, усадив ее на плечо, направился к выходу.

– Да. Мне больше нельзя здесь находиться. Нас обоих подставлю, так что извини.

Какое-то время мне придется пожить в другом месте.

– Удачи, – так же грустно напутствовал меня Макс, когда я, позвякивая набитыми карманами, толкнул дверь.

Я молча кивнул. Нырнул на изнанку и, ни разу не оглянувшись, ушел, чувствуя себя так, будто бросаю на произвол судьбы не живой дом, а старого друга. Который был тоже не рад, что остается в одиночестве, но по определению не мог ничего изменить. Точно так же, как не мог изменить этого и я.

По возвращении домой я тщательно закрыл все ставни, задернул шторы, завесил окна в спальне для верности еще и плотными одеялами, чтобы создать улишшам комфортные условия.

Затем, не дожидаясь утра, дотащился до ближайшего трактира, немилосердным стуком разбудил хозяина и, напугав его до икоты, сделал большой продуктовый заказ на грядущую неделю.

Мрачная слава карателя сослужила мне добрую службу – перепуганный мужичок ни единого вопроса не задал, когда я озадачил его такой странной просьбой.