Предсказательница. Повесть о возвращении к себе настоящему

– Зачем мне такая же калека, как я? Мне кажется, вдвоем нам будет еще тяжелее, чем по одиночке. Мы друг друга просто не вытянем. Утонем оба. В прямом и переносном смысле.

Мне резануло слово «калека», тем более я не считала себя такой же, как он. Хотя… Я ведь почти не знала его историю.

– Здесь я бываю почти каждый день. Меня притягивает море, – продолжил он, не дождавшись моего ответа. Впрочем, он не оставил мне даже маленькой паузы, чтобы вставить хотя бы слово. – Почему здесь? Предвижу ваш вопрос. Здесь закрыт спуск.

Лестница находится в аварийном состоянии. Не заметили? – спросил он, поймав мой удивленный взгляд. – Поэтому никого нет. Мне чем меньше народу, тем лучше. В присутствии других я задыхаюсь. Вы – единственный человек в этой жизни, в присутствии которого я чувствую себя более-менее способным дышать.

Подозреваю, что он уже давно так много не говорил.

– И вы здесь…?

Я никак не могла заставить себя произнести слова о самоубийстве. Но он понял меня и без слов.

– Нет, здесь я уже не пытался.

– Пытались раньше?

И кто меня за язык тянул?

– Оставьте. На этот вопрос я не ответил даже психотерапевту.

– Становится очень холодно. Все-таки такой ледяной душ я принимала впервые в жизни. Надо идти домой, – сказала я, вставая со скамейки. – Вы тоже весь мокрый, так можно и воспаление легких схватить. Зайдете обсохнуть и попить горячего чаю.

Я даже не спрашивала его, а просто говорила как о непреложном факте.

– Похоже, это становится доброй традицией, – усмехнулся Кирилл, впрочем, особой радости и веселья в его ответе я не заметила.

И не поняла, согласен он или нет. Все-таки скорее да, чем нет. Иначе зачем тогда упоминал о традиции?

– Расскажете свою историю? – спросила я, когда мы снова сидели на моей кухне. Мефистофель, как я и мечтала, устроился у меня на коленях, в руках у меня была чашка горячего чаю.

– Не думаю, что это будет увлекательно. Может, лучше вы?

Я замолчала и долго не решалась нарушить возникшую тишину. Вот так взять и рассказать ему все? Но, может, это для меня шанс выговориться? Я ни с кем не делилась своей историей, а он скоро уедет отсюда.

Я набрала воздуха и начала свой рассказ.

– В один прекрасный майский день, когда вокруг были разбросаны ковры желтых одуванчиков и зацветала сирень, родилась одна маленькая девочка, которую ждала только одна мама, – начала я. – Ее папа никогда не жил с ними, и долгое время она считала его утонувшим, пока он на самом деле не умер.