Предсказательница. Повесть о возвращении к себе настоящему

Это ваша жизнь, я не должен вас судить, не имею на это права. Примерно это я хотел сказать вам сегодня, когда пришел в библиотеку санатория, но там мне сказали, что вы заболели. Нет, я не думаю, будто бы вы заболели из-за меня, я не считаю себя всесильным Богом, который может влиять на все. Но в какой-то степени я чувствую себя ответственным за вас после того, как поучаствовал в вашем почти спасении.

– Почему вы остались?

– Почему-то самонадеянно подумал, что мое общество будет вам приятнее, чем общество вашей говорливой соседки, – пожал плечами Кирилл.

 – Насколько я вас уже сумел узнать, вы, как и я, предпочитаете молчание разговорам. Я точно еле-еле продержался с ней целый час. Она никак не хотела уходить! Пришлось сказать, что я планирую остаться с вами на ночь, только тогда она поняла и согласилась пойти домой. Однако на прощание заверила меня, что непременно заглянет к вам завтра утром.

Да… События развиваются стремительно. Евгения Васильевна точно получила пищу не только для размышлений, но и для разговоров.

Спокойствие в ближайшие дни мне точно не грозит, особенно если я так и не смогу встать, а Кирилл уйдет в свой санаторий. Впрочем, общества Кирилла я тоже сейчас жаждала меньше всего.

– Вам надо немного поесть и померить температуру, похоже, она у вас снова поднимается.

– Я хочу, чтобы вы ушли, – мне хотелось, чтобы в моем голосе звучала твердость, но получилось нечто вроде жалобного мяуканья. Мефистофель и то бы сказал более требовательно, чем я.

– Чего вы боитесь? Разговоров или того, что я могу с вами сделать? – Кирилл с усмешкой взглянул на меня.

– Почему вы решили, что я боюсь? Мне просто неприятно ваше общество.

– Думаете меня этим обидеть?

– Я сейчас вообще ни о чем не думаю, просто хочу остаться одна в своем доме.

– В доме, которым от вас откупился ваш муж?

– По-моему, это совершенно не ваше дело.

– Конечно, не мое. Я не привык жить по двойным стандартам.

Мне захотелось запустить в него чем-то тяжелым, но под рукой ничего не было, а встать с постели я сейчас была не в состоянии.

– Идите вон отсюда.

– Непременно. Я уже понял, что, вернувшись сюда, лишь сделал очередную ошибку, – карие глаза словно пытались прожечь меня насквозь.

– Если бы знали, как вы мне противны. Я не смогла бы заснуть, если бы вам этого не сказала, – добавила я, снова не сдержавшись.

– Я переночую в соседней комнате, а завтра утром уйду. Если что, зовите, – добавил он, уходя.

Я молча отвернулась к стенке.