Грустная книжка

Он в пять секунд бы справился, но кто внутри себя верит отличникам? Они такие правильные, со всем согласные, что им ни скажут учителя, и что бы ни было написано в учебниках. Да они за пятёрки портрету этого доисторического Евклида в учебнике и улыбаться будут, и поддакивать – и утром, и когда спать ложатся! Не, только не Хансу – пусть он хоть и со всей вселенской математикой бы справился. Нет, не нашему великому Хансу было по силам в тот исторический момент разбудить во мне абстрактное. Покажите мне отличника, люди добрые, который пририсовывает в учебнике очки и усы Жаннам д'Арк и Ньютонам, – что, фигушки? Да они пылинки будут сдувать со своих аккуратно обёрнутых хрестоматий и арифметик! Да я сам потом, когда принёс похвальный лист за 9-й класс, весь в пятёрках, когда я уже был приручён к абстрактному миру великих треугольников и «стал отличником», вспомнил ли моего «учителя», кто повернул ко мне мир другой, идеальной стороной? А тогда, когда мои мозги, все в занозах и из последних сил держались за деревянные математические пособия, тогда они могли поверить в этом вопросе только такому же неотличнику, как Санька Кувычко.

И ещё, наверно, в этой магии от реального к абстрактному, было важно то, что Санька был тогда, как помню, самый маленький ростом в классе. И вот он – он смог начёркать на доске самого Евклида! И никто и не вспоминал при этом, что его два старших брата-близнеца как «двое из ларца»! И что те, сказочные двое из ларца, вмиг утёрлись бы только при взгляде на Санькиных братьев!

А наскучили Сашке геометрии и алгебры в 8-м классе, наверно, по той же причине, что и мне в 10-м.

«Но как, друзья, забыл быстрее света

Все те законы, что любил напрасно?

Хоть никогда не измышлял советов,

Ньют'оны, бойтеся Елен Прекрасных!»

– такой «умный» совет через пять лет после школы я давал самому себе, незадавшемуся Ромео и неполучившемуся бухгалтеру звёзд.

И всё же сохранилась память о Санькиных равных треугольниках – и не только в моей баламутно-математической башке! Сохранился целый и самый удачный эпизод из нашего школьного игрового фильма: Санька на фоне классной доски, где он когда-то ровнял эти несчастные треугольники, весёлый, со скрещенными руками над головой, отбивается от учебников и бумажных самолётиков во время буйной переменки. Вот такой кадр был бы лучшей афишей к фильму.