Изоляция. Сборник

Попади его книги не в те руки, наша спокойная жизнь давно бы прервалась. Ну а потом я и сам стал тайно собирать такие книги. Некоторые находил, некоторые выкупал за страшные деньги, пару даже пришлось выкрасть. Представь, если люди готовы драться из-за простой поваренной книги, то что мог сделать человек, имеющий на руках хотя бы одну книжицу из тех, что хранятся здесь? Многим людям не нужно знание: им нужен способ утолить алчность, властолюбие, гордыню. И настоящий королевский библиотекарь должен лечить эти людские пороки заботливым участием, мудрым советом.

В свете фонаря Отец-Архивариус выглядел почти царственно: с мягкой улыбкой и поднятым вверх указательным пальцем он был исполнен достоинства и любви. Но в движениях чувствовалась усталость, будто вся тяжесть мира лежала на его плечах. Вдруг старца пробрала одышка, он пошатнулся. Приступ был очень недолгим, но Альфред его заметил, скорее подхватив под руку любимого мастера.

– Пыльный воздух вам не на пользу, господин распорядитель. Не пора ли нам спуститься?

Но Отец-Архивариус покачал головой и отмахнулся. Дождавшись, пока дыхание королевского хранителя свитков выровнялось, Альфред осторожно заговорил:

– Господин распорядитель, я прошу, не сердитесь на меня, но после вашего рассказа есть вопрос, который нестерпимо меня мучит.

– Альфред, я никогда не сердился на тебя из-за твоего любопытства. Задавать вопросы – великое умение. Излагай.

– Неужели не было у вас соблазна воспользоваться теми знаниями, что вы хоронили под замком?

Библиотекарь померк лицом, глубоко вздохнул.

– Видишь большую гору обрывков у стены? Там ты найдёшь ответ на свой вопрос.

Ученик принялся раскапывать бумагу, пока не нащупал краник. Сбросив ещё немного старых страниц, он наконец обнажил и бочонок, к которому этот краник крепился. Рядом лежал напёрсток.

– Что это?

– То, благодаря чему я прожил последние пятьсот лет, мой мальчик… Aurum potabile или золотой напиток.

Альфред был потрясён до глубины души.

– Так значит, вы нашли философский камень… Слухи иногда правдивы.

– Когда я понял, что рано или поздно стану стар и слаб, я начал каждый год выбирать себе подмастерья. Но шло время, и ни в одном своём помощнике я не видел достойного преемника. Однажды на улице я встретил торговца, который уверял, что у него есть очень древняя рукопись, только он абсолютно ничего в ней не понял.