Поэзия и грусть садов Петербурга. Стихи

Царь Пётр из брёвен крепость громоздит.

Отвергнув притязания соседа,

уж сам ему снарядами грозит.

Ядро чугунное летит из пушки

и достигает доски корабля.

Даст прикурить, как табака понюшку,

врагов заклятых и дразня, и зля.

Года спустя одета крепость в камень,

грозит проезжим пушек чугуном,

выискивает в моря панораме

врагов, глядит вдаль букой, молчуном.

Суровый воин дик и неопрятен,

нет украшений на брегах его.

Что ж, океан велик и необъятен,

волной с песка сметает сор легко.

Часть 2. Беллинсгаузен Фаддей – знаменит среди людей

О сколько Беллинсгаузен Фаддей,

известный в целом мире адмирал,

душою выше множества людей!

Когда на грязь ужасную взирал

на острове, ему подвластном,

о средствах денежных просил казну.

Мольбам его не вняли безучастно,

пришлось ему трясти свою мошну.

Он тратил все доходы небольшие

на благо подчинённых, не себе:

дороги камнем замостил, расширил

на береге удобное каре,

устроил некое подобье сада

на месте прежде бывших тут болот.

Потомков память – добрая награда

за множество об острове забот.

Пускай не скоро высохло болото,

опоры не давая для корней!

Пускай ветра тут дуют аж до чёрта,

стволы сгибая и лишая их ветвей!

Заложен Беллинсгаузеном Фаддеем

сей парк, стоит уж больше сотни лет.

О места красоте с тех пор радели,

и потому ему извода нет.

Часть 3. Не равны условья для разных сословий

К хорошему толпа привыкла скоро

и жизнь свою без парка и не мнит.

Идут работы садоводов споро,

в ветвях деревьев ветерок звенит.

А с высоты на их ряды взирает

чугунный Пётр, торжественен и строг.

Доволен он, что парк, кусочек Рая,

украсил зело острова острог.

А жизнь людей идёт своим укладом,

не лучшим нравам всё подчинено.

Богатые простым, увы, не рады!

Вот отчего в саду поделено

пространство надвое тут по приказу.

Чтоб наслаждаясь видом на моря,

богатые не зрели чернь ни разу,

лишь пушки, ядра, мачты, якоря!

На входе у блюстителей порядка

намётан был на сортировке глаз —

вот подошла служанка, вот – дворянка.

За целый день так больше сотни раз.

И лишь на пристани, посередине

все вместе провожали корабли —

взмывали паруса на бригантине

и в неизвестность, вдаль куда-то шли.

Часть 4. В парке Свободы смяты газоны

И вот в семнадцатом году случилось —

не стало на Руси былых господ.