Реконструкция событий

А для нашего вида это серьёзный минус, раскоординация наступила полная. Не могу сказать, что для меня всё это было большой трагедией, фанатичной спортсменкой я не была никогда. Способности были, давалось всё довольно легко, а желания и трудолюбия не было. Меня больше интересовали мальчики, влюблённости, модные тряпки. А, вот для матери – это был удар, от которого, она так и не смогла оправиться.

– Но дочка же выздоровела, разве не это главное? – у Марины защемило сердце, она хорошо знала, о чём говорит.

– Для любой другой женщины, наверное, было бы важнее, чтобы ребёнок просто выздоровел.

Для любой другой, но не для Клементии Германовны, – скривилась Лидия, – для неё амбиции, прежде всего. И ещё во главу угла ставится, что скажут люди. Завидуют – замечательно. А пожалеют – ни в коем случае. Да её собственно никто не пожалеет, скорее усмехнутся вслед и за спиной пошепчутся.

– Зачем так о людях плохо думать? Не все же такие.

– В мамином окружении в основном такие. Да и она ничем не лучше остальных.

В жизни слова доброго ни о ком не сказала, – Лида хотела ещё что-то сказать, но в подтрибунном помещении появилась обсуждаемая дама.

Лида моментально навесила на лицо безразличное выражение и устремила взор, на приближающуюся мать.

– Лидуша, а мы тебя потеряли. Куда же ты пропала? – мать обратилась к дочери, а сама смерила раздражённым взглядом Марину, как будто именно она была причиной исчезновения Лиды из поля её зрения.

Лида поспешила предварить ненужные вопросы и сказала матери:

– Я как обычно ушла настраиваться, а Марина проходила мимо и спросила меня о качестве льда, – и взглянула на вышеназванную девушку, – Вас же, кажется, Марина зовут?

– Да, – подтвердила Марина.

– Лидуша, – мать снова окликнула дочь, – здесь холодно, поднимись наверх. – И недовольно сказала, обращаясь к Марине, – а, что Вы не начинаете? Зрители в нетерпении.

– На разминку первая группа выйдет через восемь минут, – отчеканила Марина, – существуют международные правила и не нам их менять.

Каждый фигурист имеет точное время выхода на лёд. И никакие коррективы во времени нежелательны. У Лидии выход на лёд, – Марина сверилась с расписанием, – в двадцать тридцать семь.

– Мам, не нужно ничего менять и никого торопить, иди в зал и наслаждайся соревнованиями. А я пойду в разминочный зал, начну разогреваться.

– В разминочном зале камеры есть? – заволновалась неугомонная мама.

– Безусловно, есть, – успокоила Марина, – но я сейчас ещё раз проверю.