Изоморф. Маг

Надо было потихоньку собираться и возвращаться к учителю, который обещал сегодня снабдить меня ценной, в смысле запрещенной, литературой.

Когда я спустился вниз, отчаянно зевая и тщетно стараясь пригладить мокрые волосы, на кухне уже что-то шкворчало и кто-то гремел сковородками. Заглянув туда, я с удивлением опознал в кухарке Лорну, а та, заметив меня, едва не подпрыгнула от неожиданности.

– Господин? Вы уже встали?

– Встал, встал… – отмахнулся я, усаживаясь за стол. – Если у тебя есть что перекусить, то давай корми.

Лорна откровенно растерялась:

– Ну… если вы подождете несколько ун, все скоро будет. Чего желаете? Блинчики? Свежий хлеб? Мясо? Зелень?

Ах да. Таор же жрал все подряд и помалкивал, поэтому никто не знал его предпочтений. Я в принципе тоже смолочу что угодно. Даже от сырой крысы бы не отказался. Но по поводу крыс меня, пожалуй, не поймут, поэтому я сделал неопределенный жест и сказал, что буду пробовать все.

Ун через пять на кухню подтянулась вторая служанка, и вдвоем девушки устроили мне такой банкет, что я только предвкушающе облизнулся. После чего действительно перепробовал все, что мог, раздал указания насчет того, что хотел бы видеть на столе в дальнейшем. На удивление наелся. А потом, провожаемый озадаченными взглядами, укатил по делам, явившись к магистру даже чуть позже назначенного срока, за что учитель соизволил меня немного побранить.

– Бумаги в дальнем кабинете, – проворчал он, когда наконец успокоился.

Угу. После обеда магистр уедет в гильдию решать дела, которые без его внимания ну никак не могут обойтись. Но с другой стороны, даже те два с половиной рина, которые он согласился мне уделить, были огромной удачей. Так что я послушно отправился в изолятор и мысленно потер руки, увидев внутри целую кипу сложенных на полу одинаковых шкатулок, внутри которых, спрятанные под надежной магической защитой, лежали древние книги и не менее древние свитки.

Когда же я начал их по одной доставать и рассматривать, мой энтузиазм постепенно сошел на нет. Книги оказались старыми, потрепанными, на многих виднелись следы сажи, порезы и даже въевшаяся в бумагу кровь. И почти во всех не хватало страниц. Они были совершенно разными даже внешне, как будто их собирали в разное время и у разных владельцев. Но за каждой книгой стояла своя печальная история.