От создателей Большой Игры

Солнце только поднялось над горизонтом и висело еще невысоко над морем, а потому расстояние до той части планеты, на которой я сейчас находился, не позволяло его лучам быть слишком жаркими. Само море, в силу неизвестных мне, но тем не менее, по моим наблюдениям, определенно существующих природно-климатических закономерностей, было с утра спокойно до состояния почти безупречной глади. Ветерок, то появляющийся легким бризом, то отступающий к поверхности моря, тоже не решался нарушать гармонию спокойствия этого утра.

В такой обстановке я вернулся ко вчерашним размышлениям о том, как провести остаток своих дней. Несмотря на трагичность формулировки предмета размышлений, пребывал я в самом что ни на есть приятном расположении духа. Как это ни удивительно, но после того, как моя судьба определилась таким вот, можно сказать, фатальным образом, мое внутреннее состояние, напротив, стало отличаться недостижимой для прежнего меня – в качестве обычного человека – умиротворенностью.

То ли объективный фатализм ситуации избавил меня от самого предмета беспокойства о будущем и сожалений о прошлом, то ли моя нервная система пришла в такое же идеальное состояние, как и физическое тело, и была настолько сбалансирована, что даже уверенность в окончательном прекращении существования не вызывала сильных отрицательных эмоций, то ли в моей программе в принципе не был предусмотрен страх перед абсолютной смертью. А может, это было что-то еще или даже сочетание упомянутых и неупомянутых факторов.

Сделав первый глоток чая, я сформулировал первый постулат для того, чтобы попытаться намотать на него результативные рассуждения. Заключался он в том, что условия счастливого существования заложены в правилах Игры. И если понять, в чем они заключаются, и играть в соответствии с ними, то пребывание здесь будет максимально приятным. Еще будучи сотрудником Агентства, рассуждая на тему причин создания Игры, я пришел к выводу, что это именно «игра» – не тренинг, не испытание, не еще что-то, а игра, то есть мероприятие, устроенное для удовольствия его участников.

В попытке выжать из сухой теории хотя бы капли понимания, которые могут приблизить меня к разгадке сути Игры, я также посвятил некоторое время изучению литературы на тему игр. Если обобщить все те определения понятия игры, которые встретились мне в различных дисциплинах, от философии до математики, то получалось примерно следующее.