Надежды дальние зарницы. Бредущая по граблям

Но никакая сила

Жара ночей и вьюг

Не разорвет унылый

От равнодушья круг.

Тонкая ниточка ночи

***

Тонкая ниточка ночи

Вьётся в солидный клубок,

Будто позвать тебя хочет,

Веря, услышать ты смог.

.

Звездным укрыв одеялом

Дня небывалого стыд,

Треплет до боли устало

Сложно налаженный быт.

.

Давней отрадою манит

Тихие всплески зарниц —

Гасит в озером тумане

Души умолкнувших птиц.

.

Месяц, отбившейся сойкой,

Тянет во тьме караул.

Сердце, как пленник нестойкий,

Просит, чтоб ты обманул.

.

И размоталась по ночи

Пряжи рассветная беж,

Душу, кладя между строчек

Под повеленья падеж.

Хорошо: рядиться в графомана

***

Хорошо: рядиться в графомана —

Знай, строчи, что душенька велит,

Что течет в эфир из-под стакана,

Поливай того, кто мнит «пиит».

.

Хорошо: кривляться и колпачить

Умников, тем паче дураков,

Первым надавать (до драки!) сдачи,

Не жалея слов и тумаков.

.

Хорошо: и в образе героя

Выходить по-барски на помост,

Люд пугая хмуростью порою,

И страша, что свалишь на погост.

.

Хорошо и многое другое —

Знаешь сам, к чему перечислять.

И лишь душу ложью не укроет

Избранности скромная печать.

Застолбим мы судьбу, застаканим

***

Застолбим мы судьбу, застаканим,

И пройдемся, пьянея, по ней.

Потеряем, цыганя в тумане,

Нашей жизни каурых коней.

.

Горбунка снарядим за потерей,

На обратном ходу – и пивком.

И с похмелья по-русски поверим,

Что удачливей жить дураком.

.

И доверим любовь камышИне,

Прогибая под мир патефон.

Николай на торпеде в машине,

Нам заменит любой светофор.

.

Задурманим судьбу, забуяним.

Опечалит – ей тоже нальём.

Змей Горыныч – вот ясный наш пламень,

И ментальность России – втроем.

Так нельзя – можно стать последним

***

Так нельзя – можно стать последним

В самом главном своём ряду,

Но: мужик и заядлый сплетник —

Вы в каком нагребли аду?

.

Понимаю: слова – пустое,

Как разбитых надежд капкан.

Гнев клокочет: я вам устрою

Врачевание свежих ран.

.

Но ложится снежок иллюзий

На взведенный курок страстей —

А позволено ль будет Музе

Прошептать через ночь: убей?

.

Нет, конечно – дрожит красотка,

Есть оно, что не жгут рубли.

И охрипшей от правды глоткой

Произносит своё: люби.

.

Поздно. Глухо. И не бывает.

Только чудо огнём об лёд.