Изоморф. Магистр

Ее резко зауженный, смутно похожий на корабельный нос, фасад сильно выдавался вперед и в разгар дня походил на морской утес, который со всех сторон омывался человеческим морем.

Вот же черт. Вчера вечером здесь было тихо и пустынно, а с утра вон сколько народу набежало. И все куда-то спешат, торопятся, громко балакают на своем тарабарском языке…

Что еще меня поразило, так это одежда. В Гоаре я привык, что народ одевается по-простому и старается использовать преимущественно светлые и одновременно легкие ткани.

Местные же жители предпочитали носить темные, многослойные и просторные одежды, в которых не сразу и поймешь, кто перед тобой – мужчина или женщина, ребенок или старик.

Еще одно отличие Сиульи от Гоара – это шляпы. Нет, в Архаде их тоже носили, но то были приличные шляпы, матерчатые или кожаные. А здесь головные уборы плели из соломы. Вернее, это бедняки плели их из соломы, да еще и по одному лекалу, отчего казалось, что вокруг тебя находятся братья-близнецы, причем родом из одного инкубатора.

А вот аристократам, наоборот, считалось зазорным покрывать голову. Ведь когда ты беден, ты один из многих, а знатного человека должно быть видно издалека.

Ло, кстати, едва сойдя с крыльца, тоже надвинула на глаза шляпу, моментально слившись с толпой. Тогда как я возвышался среди низкорослых сиульцев почти на голову.

Отдельно стоило отметить, что столица Сиульской империи была построена на склоне огромной горы, верхушку которой венчал роскошный и недосягаемый для простых смертных императорский дворец.

А застройка велась широкими полосами наподобие рисовых террас, от расположения которых зависела престижность того или иного района.

Всего таких террас насчитывалось двенадцать, не считая той, которую занимал дворец. Нижние шесть отводились под бедные кварталы, с седьмой по десятую – под средний класс, ну а последние две занимала исключительно знать. Там же, на двенадцатой террасе, располагались и храмы. При этом переходы между верхними террасами были сделаны в виде лестниц, поэтому верхом туда можно было попасть только по одной-единственной дороге.

Тогда как остальным приходилось топать ножками, причем в гору, по жаре. Или нанимать паланкин, чтобы проехаться до храма, как махараджа.

Правда, о паланкине я вспомнил не сразу, а переться по центральной улице, что шла от порта прямиком до ворот императорского дворца и была запружена еще больше, чем второстепенные улочки, мне не хотелось.