Гражданин России

Косовский: «Вы, Кондратий Федорович, как никто из нас, постоянно попадаете в невероятные истории. И друзьям по причине Вашей резвости приходится испытывать на себе всю остроту опасных приключений».

Миллер удивляется верному замечанию Косовского: «Александр Иванович, Вы же прям в яблочко попали! Мне до смерти не забыть, как я Рылеева чуть не застрелил из заржавленного ружья».

Офицер в очках: «Когда?!».

Миллер: «Было дело. По неосторожности. Всё обошлось, слава Богу».

Я дружелюбно усмехаюсь: «Эх ты, и убить-то не сумел.

А еще знаток оружия!».

Офицер в очках: «Ну-ка, ну-ка, Миллер, расскажите, что за история!».

Миллер: «Я купил ружье у мужика, который откопал его в степи из кургана. Стал осматривать ружье, чтобы удостовериться: не заряжено. Рылеев стоял напротив. Комнатка, где мы находились, маленькая – три шага. Сначала я дул в отверстие ствола, затем попросил Рылеева приложить руку к затравке. Спрашиваю: «Ну как?» Отвечает: «Воздух проходит свободно». Тогда я взвожу курок и прошу Рылеева посторониться.

А он вдруг засмеялся: «Стреляй! Стреляй из пустого ружья. Я стоял уже дважды против пистолетных пуль, так не приходится прятаться от заржавленного ружья. Спускай курок!» В это мгновенье «небо обрушилось» – раздался страшный грохот и сверкнул огонь. Что вы думаете? – заряд крупной волчьей дроби врезался в деревянную стену чуть-чуть выше левого плеча Рылеева».

Офицер в очках: «Похоже, судьба лелеет и хранит Вас на каждом шагу, Кондратий Федорович. Завидую Вам! Ни вода, ни огонь Вас не берут!».

Моя бравада решала многое в те годы, я хорохорился и бросал вызов пространству, не задумываясь о вариантах жизненного пути.

Ответствую товарищам: «Что же тут мудрёного? Я уверен, что судьба никогда не перестанет покровительствовать тому гению, который ведет меня к славной цели».

После этого моего заявления, офицеры плотно обступают меня.

Косовский: «Но в чем же заключается эта цель? Пожалуйста, откройтесь, если не всем сразу, то хотя бы одному по выбору.

Вы молчите? Дурного же Вы мнения о своих товарищах! А, может, среди нас и нашелся бы такой, который смог бы умно обсудить с Вами Ваши идеи, лишь бы они клонились к пользе».

Офицер в очках: «Да, бросьте, Александр Иванович! Я не верю, что Кондратий Федорович попал на счастливую мысль. Как благородный человек, он не стал бы таить сокровища от друзей».

Я: «Собираюсь ехать туда, где люди живут и дышат свободно».

Косовский: «А куда бы, например, ехать?».