Сны спящей красавицы

Сны спящей красавицы

Маргарита Станиславовна Сосницкая

Эта почти сказочная история о юноше и прекрасной незнакомке. Во сне она волшебно поет, а, проснувшись, ничего не помнит: ни свой сон, ни прошлую жизнь. Читателю предстоит все это открыть, побывав в саду, в лесу, полюбовавшись старинными драгоценностями, послушав прекрасную музыку, ноты которой приложены к повествованию, превращая его в своего рода музыкальное либретто.

«Все приходит и уходит. Но когда кто—то пробуждается, то это уже навсегда».

Будда

1

В наследство Силатору Кровлину остался дом с балконом, смотревшим на площадь Мытимья. За домом пенился полузаброшенный сад с двумя свежими холмами у каменной ограды – место упокоения родителей: матушка хотела, чтоб на её могиле цвёл куст cирени, а на городском погосте, закатанном в камень, гранит и мрамор, кустам не было места. Силатор высадил сирень в саду и ждал от неё букетов.

В доме – большой каменной шкатулке – хранился деревянный ларчик. Силатор, а он был худ, высок и красив предгрозовой красотой, ссутулился над ним, выставив бремя однобокого горба, и тонкими пальцами, – о—о—о! по ним сразу угадывался музыкант, – извлекал из него сверкающие ювелирные создания и подносил к лицу, ещё не знающему лезвия бритвы, но уже поросшему клочками редкого, длинного пуха.

Глаза его вспыхивали отблесками камней, и цвет глаз менялся в тон им: от жемчуга они делались перламутрово—стальными, от изумрудных серёг прозрачно—зелёными, сапфировая брошь превратила их в звездное небо, а браслеты с бирюзой, сердоликами и хризопразами в каре—зелёные мутные омуты. Игра камней бередила в душе Силатора броженье: ведь всю эту красоту он потихоньку сбывал, а вырученное тратил на запоздалые уроки игры на скрипке у маэстро Морфона, прекрасно понимая, что начинать учиться музыке в его годы – безнадежно поздно. Переливы колокольчика у входной двери вывели Силатора из тупика мыслей, он быстро убрал ларчик и поспешил на звонок. В двери стоял безупречный идальго с иголочки, донкихотистый рыцарь, немного похожий на кощея, немного на доброго домового с седыми прядями, спадающими до плеч:

– Доброе утро, маэстро Морфон! – раскинул руки Силатор, словно собирался заключить пришедшего в объятья.

– Доброе, доброе!– поклонился и вошел в дом маэстро.– Как тебе нынче спалось, мой друг?

– Ох, как в тумане, в плывучем облаке, – посетовал Силатор, увлекая маэстро Морфона в гостиную.

– Отлично!– прищелкнул пальцами маэстро.