Собрание сочинений. Том шестой

Муравей на веточку влез, влез… Грибочки из земли вылезайте!» …. От любопытства грибы теряют свою осторожность и перестают прятаться от нас, высовывают шляпки, – тут-то их в корзинку! Мы переглядываемся, и я улыбаюсь гордости и самодовольству доморощенного волшебника…. Серёжка ты, Серёжка! Вспоминаешь ли ты такие праздники, которые дарил тебе и нам лес?»

…Мальчишкой он мечтал быть волшебником. Он посмотрел кино про Золушку. А там был помощник у Феи, которая делала из тыквы карету. Мальчик-волшебник говорил Золушке запомнившиеся слова: «Я не волшебник, я только учусь!» – но тем не менее, этот мальчик-волшебник, в кино, сделал мороженое для Золушки после бала, встретив её уже в старенькой одежде.

Этот момент Серёжка больше всего запомнил, – вот и пытался «колдовать» в лесу.

…А вот, вспомнит ли он другое событие?.. – в деревне это было. Нет, наверное! Он ещё был маленький – года два ещё не было, – но любопытство уже в нём проснулось. Разговаривать он едва научился и говорил мало и редко, а всё делал молча и тихо, всё пытался исследовать и понять, посмотреть.

И как мама забылась? И что, вдруг, подтолкнуло?

То всё слышалось гугакнье, играл мальчик во дворе, а мама с граблями в огороде-саду…, – и стало тихо, вдруг. Она бросила грабли и заторопилась, пошла как по компасу, по интуиции, вышла на улицу. Серёжка небрежно стоял у самого края открытого колодца, прямо на брёвнах сруба. «Один шаг, одно движение и – всё! Окликни, мальчик обернётся, игриво встрепенётся и…» С какой-то инстинктивной хитростью мама кралась к сыну, замирая от ужаса, и бормотала что-то очень тихое, словно кошка мурлыкала.

А он стоял, чуть вывернув некрепкие ножки и выпятив живот, и улыбался глядя вниз. Время остановилось в момент – час мама шла (?) или минуту? – Рывок! И сынишка у мамы, и, держа его с силой, тесно, она посмотрела в колодец, – от чернеющей глубины у неё голова закружилась и слёзы выступили на глаза… —

Лучше не вспоминать: это ж надо – уйти со двора, забраться на сруб, встать на ноги, подняться на неустойчивых ногах ни за что не держась… Лучше не вспоминать, – а как забыть? Если и сейчас воспоминание судорогой прокатывает по всему телу, и, задним числом, цепенея, представляется, что могло бы случиться! Что было бы там и тогда…

Нет! Нет! Всё хорошо! Летом мы ездим в деревню и ходим в лес собирать грибы.

Серёжа уже не помнит свои мечты о волшебнике.