Собрание сочинений. Том шестой

– Какой большой хороший мальчик у нас вырос! – сказала дама. – А я его совсем маленьким знаю. Боже мой, сонный, спать уже хочет, утомился, бутуз ты мой милый… —

Дама крепко поцеловала Серёжу в обе щеки, и он улыбнулся, и, думая, что спит, закрыл глаза. Он сидел на мягком сене в деревенской телеге с бортами из палок, куда его усадил Папа, когда телега подъехала к «остановке-вокзалу». Вслед за Серёжей Папа складывал в телегу большие сумки, подставив одну из них под спину Серёжи, и спереди ему на колени и в руки подан был рюкзак.

Телега дернулась и ровно покатилась по грунтовой песчаной колее дороги на выезд из райцентра.

«А она красивая (!) похожая на сказочную снежную королеву, которую видел в мультфильме» – думал Серёжа, вспоминая её молодое лицо и улыбку.

Кузьмич, сидящий впереди с вожжами в руках, вероятно, тоже думал о Глафире Даниловне, девушке дородной, полной, но молодой, не старше 20-ти. Её всей деревней называли по отчеству «за-ради» уважения к её отцу, известному по округе кузнецу-мастеру.

В своей кузне на краю деревни он всем помогал, чинил железные предметы, ковал подковы всем лошадям, знал у каких коней, какого размера подкова.

– Известное дело – Даниловна. Мол-лодая красивая девка. Отец – мастеровой, а ей хоть бы что, и в город ездила, училась буд-тто, да вернулась ни с чем. Сказано, молодая да глупая. В голове ветер так и свищет. В райцентре ухажеров поменяла уже пять раз, говорят! —

– От нынешней молодежи много и ждать нельзя – сказал Папа.

Дальнейшее Серёжа уже не слышал, если слышал, то не различал слова. Серёже почему-то хотелось думать о Глафире только в сказочном образе. Его сонный мозг совсем отказывался от обыкновенных мыслей реальности, туманился и удерживал одни сказочные образы, которые имеют такое удобство, что легко меняются и как-то сами собой, без напряжения со стороны думающего, зарождаются в уме и сами – могут исчезнуть, если только хорошенько встряхнуть головой. А телегу трясло на буграх и ямах. Серёжа просыпался и оглядывался кругом.

Но всё, что он видел вокруг, было сказочно прекрасно, так что он вновь легко погружался в дремотный сон.

Направо темнели холмы, которые, казалось, заслоняли собой что-то неведомое и страшное, так как небо над холмами быстро темнело. А солнца совсем не было видно за серыми тучами, нависшими слева на горизонте, и только выше туч края их и полоска неба багровым заревом алели над землей, будто за тучами где-то был пожар.