Тёплая книга. Сборник стихов

Пусть желанья её окунутся в цветы звездопада

И останутся беды за очень далёкой чертой…

Эта женщина – луч от божественно яркой лучины,

Луч тепла и добра, он боится разбитых окон…

Береги её, Бог, я возьму на себя все кручины,

Если грянет метель и задует свечу у икон.

Среди стай воронья ей удачи лишь я пожелаю —

Пусть не каркают вслед, облепив свой прогнивший насест,

И до крови в руке я нательный свой крестик сжимаю,

И крещу её вслед… Пусть поможет мой маленький крест.

Если всё же случится и встанет беда на пороге,

Я на помощь приду, потому что любил и люблю…

Я пройду сотни вёрст, лишь сомкнулись бы эти дороги…

Береги её, Бог, я всем сердцем прошу и молю.

Ноев ковчег

Последний трамвай, как спасительный Ноев ковчег,

Сквозь дождик ночной, подбирая влюблённые души,

Дарил им тепло, и, любовный устав не нарушив,

Скрипел тормозами, и вёз их домой на ночлег…

А в этом трамвае в сторонке сидела любовь,

Ногами болтала, любовные песенки пела…

Старушка —кондуктор, согревшись, чуть слышно храпела,

Лежал на коленях букетик весенних цветов…

И ехал трамвайчик, гонимый любовным теплом,

Сквозь улицы, площади, скверы ночные и парки,

А в ушки любимых шептались слова, как подарки…

Как жаль, но не вспомнит никто, что же было потом…

А что же любовь? Вышла прямо в трамвайном депо,

Кондукторшу чмокнула в щёку, в ночи растворилась,

А люди уж спали в квартирах своих, всё забылось

Иль снилось, что всё это было, но очень давно…

А помнишь, рыцарь?

Навеяло: «Я не остыла – просто устала драться,

И не люблю я ни шахматы, ни корриду…

Раньше? Так раньше, рыцарь, мне было двадцать,

Всё было проще как-то: и вздох и выдох…»

(Автор не известен)

Я вижу, рыцарь – устал ты забралом клацать,

Да пьёшь кефир, а раньше любил покрепче…

Тебя бы в лето, где днём ну хотя бы двадцать,

Да меч, извиняюсь, давно бы пора полегче…

Ещё бы, рыцарь, отдал бы ты старую клячу…

Куда, куда… да к куму бы хоть, в деревню.

Ведь даст картошки, да сала шматок в придачу…

Гляди – плетётся, и стоя, похоже, дремлет.

Ещё, прошу я прощения – запах…

Тебя бы, рыцарь в парную, прочистить поры.

Не век же тебе по турнирам-то шастать в латах?

Ведь чистый рыцарь – он грязным троим даст фору.