Гарнизон

Невозмож-но!

Из-за угла вывернулся бывший командир 6-й роты капитан Красиков, под хмельком. Завтра с повышением убывает в другую часть. Красиков пил третий день и не знал о грозных событиях в полку. Капитан огляделся в поисках «живой души» и увидел командира полка. Рубанул строевым. Подошёл, взял под козырёк:

– Товарищ майор! Разрешите обратиться! Вы не видели Дудкина и Карданова?

Черных диковато взглянул на офицера:

– Кой чёрт Дудкин и Карданов?!

– Ик. Разрешите идти?!

– К… матери!!!

Гуманоид исчез.

У ворот возникла суета, через мгновение они распахнулись, и чёрная генеральская «волга», без задержки миновав КПП, остановилась. Черных кинулся открыть дверцу. Не успел. Дверца распахнулась и перед Черныхом возник плюгавый капитан в фуражке блином. Что там гуманоиды! Черных потерял дар речи.

– Капитан Изюмов, – представился капитан, – корреспондент окружной газеты «За Родину!».

Ченых сглотнул и, глупо улыбаясь, сообщил:

– А мы генерала ждали…

– Мы вместе ехали, но по дороге перехватили.

Генерал вернулся.

– А…а почему?

– Не знаю точно, какое-то ЧП в соседнем полку.

ЧП у соседей! Черныху сразу стало легче: гром ударил в другую сторону и, если ЧП стоящее, пожар там будет гореть еще долго. И, как говорится, «гори, гори ясно, чтобы не погасло»! На этом фоне нужно срочно отличиться… – Так! Ну что ж, товарищ капитан, очень рады, добро пожаловать! Сейчас я познакомлю вас с замполитом полка. Он ответит на любые вопросы, покажет всё, что пожелаете.

Сдав корреспондента замполиту, Черных распорядился построить полк на повторный развод («Только время зря потеряли!»).

Подразделения были распределены на хозработы, в автопарк, на стрельбище, на свинарник, в позиционный район… Часть подразделений убыла на гражданские предприятия зарабатывать стройматериалы. Незадействованным офицерам было предложено «работать по личному плану», что означало «с глаз долой». Жизнь полка возвращалась в наезженную колею. Черных уже раскрыл рот, чтобы скомандовать: «Развести подразделения к местам работ!», но тут высунулся майор Меркулов:

– Разрешите, товарищ майор! А полевое занятие с комбатами и замами будет, как положено?

Баран! Сто лет служит, а службу не понял.

Какое, к чёрту, занятие. Ну придут комбаты к штабу, постоят… дежурный выйдет, скажет: «Занятие переносится, работайте по своему плану.» Всё тихо, мирно. А теперь – что? Ему, командиру полка, признавать перед строем, что отменяет самим же назначенное занятие?

– Не понял.