Foxtrot втроем не танцуют. Приключения русских артистов в Англии

Хитрая сибирячка, из молодых да ранних! Эта чаровница Дарья урвала от нашего легендарного Мирослава все, что только можно, – шикарный дом, банковский счет, не говоря уж о бриллиантах в своей короне, которую он на нее легкомысленно водрузил. Финита ля комедия. Их союз, Поля, совсем не похож на разбитую вазу, скорее это выгоревшая свеча. Знаете, когда-то я думал, что фамилия Нагорный имеет тот же корень, что и «гора». Но я ошибся. Оказалось, что это от слов «гореть», «горящий».

– Кто-то из мыслителей Ренессанса утверждал, что любовь одна, но подделок под нее тысячи.

– Он ошибался. Русские крестьяне наблюдательнее французских вельмож. «Сколько голов – столько умов», – гласит русская пословица. Так? А следовательно, Поля, возможно бесчисленное множество вариантов счастливых союзов…

– И нет универсальных ключей от счастья?

– Увы! Или же, напротив, к счастью. Иначе неинтересно жить. Мы были бы не личностями, а биокомпьютерами. Ходячими схемами. Мы выполняли бы единый алгоритм, как в мрачных фантастических романах о роботах, – Камен усмехнулся, провел загорелой ладонью по глубоким бороздам морщин на лбу, смахивая капельку пота.

 – Слово «любовь» обладает множеством форм и ракурсов. Помните: истина конкретна!

– В каждом дому по кому, гласит русская пословица. Мы судим о людях, о глубине их чувств, об их благородстве или подлости, лишь видя внешнюю, надводную часть айсберга. Мы не способны войти в мозг, в мышление, в чувства другого человека и оцениваем, создаем свои догадки и мнения, опираясь лишь на собственный опыт, а не на реальные факты!

Собеседники пристально смотрели друг на друга, пытаясь проникнуть в мысли, гнездившиеся где-то в глубине головы каждого.

Солнечный луч проник сквозь фалды шелковистых, с отливом серебра занавесок, и кружевные золотые розы, украшавшие стены просторного холла, торжественно заблестели. Снизу, со стороны старинной деревянной лестницы, тянуло чем-то жареным, то ли мясом, то ли картошкой, то ли картошкой с мясом. К этому запаху примешивался терпкий аромат маринада и солений, и воображение рисовало картину деревенских бочковых огурцов и квашенной в дубовых чанах капусты. Оттуда же, снизу, доносились торопливые, приглушенные ковром шаги постояльцев.

– Вы хотите сказать, Петр… хорошо, я вас буду называть Петром, раз вам так больше нравится, что Даша Сибирякова обошлась с Мирославом как с дорогой вещью? Но Нагорный – совсем не дурак. Вообще, глупый человек не смог бы добиться его высот.