Традиции & авангард. Выпуск № 4

Иди по тьме из тьмы во тьму

И слейся с тишиной.

* * *

Мы ляжем в мерзлоту,

Неузнанные птицы,

В серебряном поту

Надпочвенной росы.

На диалекте рыб,

Вонзая в связки спицы,

Познаем песни глыб,

Молчания азы.

Покорно каменей,

Стелись своей спиною,

В подцарствие теней

Произрастай, тянись.

Распластанный герой,

Ты был никем и мною,

Укрой себя корой

И опускайся вниз.

* * *

В бараке пахнет деревом – сосной.

Поговори, похмелие, со мной.

Куда нас занесло, чёрт сломит ногу!

Не рвись, не рвись в обратную дорогу.

Принятие – учиться есть чему.

Вдыхай со мной колымскую чуму.

Как небосвод убийственно расхристан!

Пей из ручья перворождённых истин.

Поговори со мной, поговори,

Рельеф изъели сопки-волдыри,

И лиственницы шепчутся на сопках.

Гадай с утра на опустевших стопках.

Календари не различают дат,

Зато ни обретений, ни утрат.

Ромашки расцветают на обоях,

Пытаясь успокоить нас обоих.

Что там осталось, в сущности, вдали?

Любимые, которых подвели,

Родные непросевшие могилы

И полная потеря всякой силы.

Гроб тоже пахнет срубленной сосной.

Поговори, похмелие, со мной.

Мы убежали, чтобы безоглядно.

Молчишь? И ладно.

Мальдяк

Латунных лиственниц ключицы

В опавших сумерках дрожат.

Замри, мерзляк, пусть ночь промчится,

Пока ты не совсем прижат

К колючей проволоке снега

Своей щетинистой щекой,

Где оберегом от побега

Прописаны кайло с киркой,

Где долочёные долины

Усердно давятся дресвой,

Где годы непреодолимы,

Где месяц, словно сам не свой,

На ржавый гвоздь снимает робу

И обессиленно басит.

Где каждый холмик помнит Кобу

И Кобе помнит за визит.

* * *

Снег уже не растает до мая,

Впору валенки из кладовой

Доставать. Я скучал, как, зима, я

Тосковал по тебе, родовой

Травме, то есть по первой по самой,

Ностальгической боли моей,

Недоплаканной, недосказанной.

Добивай же смелее! Смелей.

* * *

Вот так причудливо тасуется колода:

Родных не видел половину года,

А кажется, не видел никогда.

По скулам оловянная вода

Стекает в сторону безречевого брода.

Где плоскогорье спит, седобородо,

Черна золотоносная руда,

Там осязаем линзой изо льда

Взгляд Господа совсем иного рода.

Андрей Рубанов, Василий Авченко

От редакции.