Мечтать не вредно

Человеку, указанному в контактах, я уже написал, вот, жду ответа теперь.

– У меня просто слов нет, неужели сын прислушался ко мне и перестанет штаны просиживать на каникулах. Всё лето провел в своём компьютере, да в книгах, ни с кем почти не общаясь, ведь лето – самое благоприятное время для подработки, ты же свободен от учёбы, свободного времени полно, а решил подработать только сейчас! Почему же?

– Во первых, мне тогда ещё не было восемнадцати лет, меня вряд ли бы кто взял. А так как в январе я уже буду совершеннолетним, то мне все дороги открыты.

Во вторых, я хочу отдохнуть от учёбы, проведя это время с пользой, какую-нибудь копеечку заработаю, авось оплата каждый день.

(Лучше им не говорить, что я собираюсь бросить вуз, лучше ВООБЩЕ не говорить родителям об этом в ближайшее время, скандал разожгется, как от бензина.)

– То есть, вы не против того, чтобы я работал на автомойке? – спросил Костя настороженно.

– Нет, что ты! – в один голос ответили родители. – Работай, если хочешь.

– Ну и отлично, – расслабился Костя.

Он доел борщ и пошёл в свою комнату. Костя планировал написать Насте и договориться о встрече. Им есть, что обсудить. Нет. Им ОЧЕНЬ МНОГО надо обсудить.

Человек, которому можно рассказать все

Настя предложила встретиться в парке Горького, она любила это место, особенно поздней осенью, когда людей, снующих туда-сюда, становится меньше, нет детей, разъезжающих на своих велосипедах, самокатах, скейтах, которые так и норовят сбить тебя с ног.

С тех пор, как здесь открылся скейт-парк, маленьких детей и подростков здесь стало хоть отбавляй. Поздней весной, летом и ранней осенью от них отбоя не было, такое впечатление, что сюда съезжалась молодежь со всей Москвы. Правда, находились экстремалы, рассекающие скейт-парк, даже, когда тот занесен снегом. Но сейчас, в середине ноября, здесь стало тихо и умиротворенно. Тишину нарушал только шум проезжающих за оградой машин.

Костя распахнул двери станции метро «Парк культуры» и двинулся к входу в парк.

День выдался пасмурным и воистину ветреным. Ветер был холодным, пробирающим до костей. Еще не дойдя до метро, Костя успел пожалеть, что так легко оделся. Его болоньевая осенняя куртка не спасала от такого ветра, а ноги даже в теплых джинсах успели продрогнуть.

(И зачем она мне назначила встречу в такую дерьмовую погоду? Могли бы дома посидеть за чашечкой чая. Но, с другой стороны, я и сам не против был, что ж, отступать уже поздно.