Минотавры за кулисами

– Погода превосходная… -медленно, с чувством сказал Генрих, поднял голову к желтоватому потолку и горько-горько продолжил. – Брат мой, страдающий брат… выдь на Волгу, чей стон…

Пожилая мама выпрямилась, став ненамного ниже дочки, и с удивлением посмотрела на Анри, а затем широко по-доброму, улыбнулась.

«Надо линять отсюда!», -с ужасом подумал Анри, и вцепился руками в тарелку с рыбой.

– Мадемуазель, – возопил он худосочной дочке, – позвольте голодному россиянину копеек тридцать…

Девушка вскрикнула.

Анри схватил тарелку с рыбой, спрыгнул со стремянки, кивнул головой Ирине на тарелку с рыбой и побежал.

Ирина все поняла. И тоже побежала.

Никто не высовывался из окна, крича:» Караул! Ужин украли!», никто не поднимал шума, поэтому догонять их никто не стал.

Да и почти некому было догонять. Девочки, игравшие в «классики», сначала с интересом смотрели им вслед, затем уже через минуту, позевывая, говорили о чем-то своем.

Через некоторое время позвали домой и их.

Уставший двор быстро опустел. Небо становилось фиолетовым.

Ира смотрела на Генриха, сидевшего напротив, обхвативши голову руками, и не знала, что сказать.

– Как это трогательно! – хотела пошутить она, – Благороднейший Рыцарь Анри изымает у населения последнюю пищу, чтобы Прекрасная дама утолила свой голод.

Но не стала так шутить. Конец этого прекрасного дня выбил этого человека, к которому Ира успела за сутки так сильно привязаться, из самого прекрасного дня.

– Это я виновата со своим молотком… Подала тебе пример…

Анри вздохнул. Не исключено, что это на самом деле было так.

Ира тоже вздохнула. И принялась есть дальше. Она была похожа на лисичку из русских сказок. Элегантно отламывала рыбке голову и протягивала ее кошке, которая тут же принималась хрустеть ею. Так же элегантно вынимала хребет и бросала его в мусорное ведро, будто в древнекитайскую вазу.

Затем поднимала рыбку за хвостик и на весу нежно откусывала половинку. После чего безымянным и мизинцем, не запачканных жиром, изящно брала за ручку чашку с белым вином, неспешно делала глоток и ставила чашку обратно.

Темнело быстрее, чем месяц назад. Зябко немного… Чувствовалось дыхание осени.

– Ты не думал, как кошку назовем? – насытившись, и вытирая руки влажной салфеткой, спросила Ира.