Блабериды-2

 – В котором часу вы приехали?

В котором часу… Старомодное выражение, столько же неубедительное, как венская обстановка танцыревского кабинета. Я даже не помню, в котором часу.

– Вы думаете о чём-то сейчас. Расскажите. Всё что угодно.

– Рассказать? – переспросил я. – Хорошо. Я думаю, что вы шарлатан. Продолжать?

– Конечно.

– Видите? Вас даже не задевает. Разве это нормальная человеческая реакция? Вы не воспринимаете меня всерьёз. Кто я? Ещё один идиот с богатыми родственничками. Просто случайный попутчик.

– Я так не думаю.

– Думаете, думаете. Вы думаете: «Как интересно, у него появилось сопротивление. Какой любопытный симптом! Мы наверняка близки к разгадке». А вы не считаете, что ваши интерпретации и выводы – это просто фантазии? Что нет никакого символизма?

– Иногда банан – это просто банан, – согласился голос Танцырева.

– Иногда? Всегда! Если дать человеку выговориться, ему станет легче. В этом весь метод. А вся психоаналитическая мура нужна только для того, чтобы брать побольше денег.

– Разговор действительно является хорошей терапией. Но иногда нужно читать между строк.

– Вы даже не слушаете меня. Вы думаете о своём доме, который построите следующим летом, угадал? Вот ваша настоящая страсть.

Танцырев усмехнулся:

– Вы ревнуете к моему будущему дому?

– Нет. Но вы ведь не женаты? Для кого вы строите эти хоромы? Для медсестричек?

– Некоторые ваши слова действительно меня задевают.

– Ну и что? Вы сами напросились. Я не понимаю, как нормальный человек может стать психоаналитиком. Слушать чужие бредни про эрекцию, поллюции, мастурбацию…

– Это тоже часть нашей жизни. Хирурги не испытывают отвращения от вида кишок.

– У вас на всё готов ответ! А я знаю, что вас привлекло. Вас привлёк этот венский кабинет. Посмотрите на себя: причёска, как у доктора Фройда, борода, как у доктора Фройда. И деньги! Много денег! Вы ведь даже получили диплом какого-то немецкого университета.

Я услышал движение за спиной. Танцырев вышел из-за стола, поставил напротив кушетки стул и сел на него верхом, облокотившись на спинку. Я поднялся рывком. Закружилась голова.

Танцырев несколько секунд смотрел на меня. Кажется, мне удалось его задеть. Он заговорил:

– Я поступил на факультет психологии, потому что думал, что психология – интересная наука.