Розовый дом на холме

Матовый бирюзовый кузов выглядел странно, казалось, что если провести по нему рукой, то оцарапаешься. У мамы брызнули слезы. Соседи сочувственно осматривали машину, а папа объяснил:

– Ветер был, а мастера оставили ее на улице сушиться…

В первое же лето после покупки Москвича мы отправились на нашей новой, опять перекрашенной машине, в отпуск, конечно на Украину. Дорога предстояла дальняя, аж шестьсот километров: Воронеж, Курск, Сумская область. Мама приготовила подарки всей родне. Галоши глубокие и вязаный платок из козьей шерсти для бабушки, отрез на платье для тети Оли, теплый свитер брату Владимиру, одежду и конфеты – племянницам.

Ранним утром отправились в путь. До Воронежа доехали без приключений, миновали стоящую у дороги белоснежную, с золотыми звездами на темно-синих куполах, церковь в селе Анна. Заночевать попросились в крайней избе в деревушке Крысиные дворики, избы в ней и правда чем-то их напоминали – маленькие, скособоченные, бедные. Но хозяева гостеприимно пустили нас в хату, а сами пошли на сеновал.

– Посмотри побыстрее в конце атласа, что это за знак, – попросил он маму, она стала листать страницы.

– Это знак «стоянка запрещена».

– Нет, тот на синем фоне, а этот – на фиолетовом.

– Но такого фиолетового здесь нет!

Папа стал смотреть в атлас, и мы угодили в большую яму посреди дороги, головами стукнулись о потолок, я прикусила язык.

– Да нет такого… Наверно, у них синей краски не было…

Воронеж – большой город: троллейбусы, светофоры, постовые в будках на перекрестках.

– Куда ехать?

– А я откуда знаю?

– Смотри на указатели!

– Нет никаких указателей!

– Езжай за автобусом пока.

Папа старательно следует за автобусом на большом перекрестке, вдруг – свисток, милиционер в белом кителе машет нам полосатой палкой остановиться.

Волнение страшное, как будто сейчас нас всех арестуют. Милиционер берет у папы права, внимательно смотрит, достает маленькую металлическую штуку из кармана.

– Проезд на красный сигнал светофора! – важно сообщает он и дырявит папины права.

– Но я ехал прямо за автобусом, – пытается добиться справедливости папа.

– Автобусу – можно, – был ответ.

Все ужасно расстроились.

Асфальтированных дорог было очень мало, в основном грунтовые.