Марк, выходи!

Два свиста значили, что «Мадрид» сдается. Да, такого давно не бывало. С прошлого года.

Мы остановились, переглянулись и радостно стали хлопать друг друга по спине и рукам. Особенно здорово было то, что «Мадрид» сдался сам и никого добивать не пришлось. В прошлых боях, когда проигрывали мы, у нас никто не свистел. Некому было свистеть. Все двадцать пацанов были побиты и покалечены. Хорошо, что сейчас все закончилось быстрее. На весь бой ушло часа полтора.

Мы сбились в кучу, Рома ткнул всех малышей кулаком в плечо и отправил нас по домам.

– Завтра поговорите, – сказал он и закинул за нижнюю губу насвай ? темные шарики из известки и чего-то еще. – Сегодня все. По хатам. Мамы ваши ждут.

Мы с Саньком послушались и пошли домой. Рогатки мы заныкали по дворовым кустам: еще пригодятся. Жирика во дворе уже не было, и начинало темнеть.

– А зачем Рома насвай кидает? – спросил я Санька.

– Ну, это как сигареты. У старших когда сигареты кончаются, то они насвай за губу закидывают и кайфуют.

– А берут они его где? Он дорогой?

– Да на рынке.

Я сам видел, где продается, – ответил Санек. – Два рубля за пакетик.

Два рубля ? это чуть дороже мороженого. Дешево. Раза в три дешевле любимого всеми старшаками «Мальборо» красного.

***

Этой ночью я тоже спал плохо: радости было выше крыши. Уделали «Мадрид»! И я «Мадрид» уделал. О том, что меня скрутили и только Санек меня спас, я не думал.

На утро все пацаны вышли гулять пораньше. Я был на улице первым, зашел за Саньком, Жириком, еще за парочкой малышей.

Никого из старших видно не было. Наверное, напились, накурились и спали. Только одинокий Дрон сидел на лавке и говорил сам с собой. Я обошел его стороной так, чтобы он меня не заметил.

Санек вынес на улицу мяч, и мы пошли на наше футбольное поле за двором гонять в футбол. Из собравшихся пацанов только Жирик вчера не сражался с «Мадридом», и говорить ему с нами было не о чем. Жирик молчал и просто пинал мяч.

– Надо нам свою войну устроить, – предложил Санек Струков, – чтоб без старших, «Мадрида» и всего этого.

Я понимал, почему он это предложил. Ему тоже было жалко Жирика. Санек, да и я, да и вообще все мелкие понимали, что Жирика воевать с «Мадридом» не возьмут, хоть Жирик и был нормальным пацаном.

– И кто с кем будет? – спросил я. – Да и где?

– Да тут же. Во дворе. Вокруг поля, – ответил Санек и, оглядевшись, добавил: – На Урале можно. Или в Лётке.

– А с кем? – спросил Жирик.

– Ну, между собой поделимся.