Дом

Не верит, что начну ему рассказывать о себе. Это было бы, как минимум, глупо, своего рода абсурд. А чем абсурд не выход из ситуации? И вот я начал. Сначала детство, с его трудностями, беззаботным и чистым взглядом на мир, потом отрочество с его сложными проблемами причастности, затем период активного пубертатного развития с его пульсирующим тестостероном. Кажется, я рассказал старику практически все веселые, глупые или абсурдные истории, которые со мной происходили. Во время повествования я, как актер играющий в моноспектакле изображал все произошедшее с различных точек зрения и от лица множества участников действа.

Меня надо было видеть: то я изображаю грозного учителя, который не хочет ставить мне тройку в четверти и отчитывает меня при всем классе, то нерадивого химика Пашку, который решил поэкспериментировать с горючими веществами с сжег себе все волосы на лице вместе с бровями а потом решил скрыть все это маркером, то нашего паренька со двора, который разбил автомобиль своего брата и свалил всю вину на нас с другом. По мере своих актерских возможностей я изображал, как его брат в одних носках бежит за нами по двору и размахивает рулевым колесом. Вот я уже дошел до первого сексуального опыта, но тут в комнату заглянула Мария.

– У вас все нормально?

– Да, все под контролем.

Она подозвала меня к себе.

– Вы сказали, что попробуете его накормить, а не будете разыгрывать перед ним глупые водевили.

– Дайте мне еще немного времени.

– Через пять минут я подойду.

Я снова сел подле Ярослава Кирилловича. После скомканного вступления необходимо было переходить к сути всего моего представления. Речь я уже придумал.

– Теперь, когда вы знаете обо мне уже значительно больше, мы можем откровенно поговорить. Существует расхожее мнение, что выбор есть всегда. И у вас он действительно есть. Либо вы будете принимать пищу добровольно, либо вас будут кормить через катетер. Но, по сути, исход один, только ваше внутреннее состояние будет разным.

Насильное кормление через катетер, я полагаю, только ухудшит ваше психическое состояние, но у вас есть возможность это избежать. Что случится далее – это уже не наша забота.

Хорошо я завернул. При слове – катетер старик округлил глаза и застонал. Я решил повторить вопрос.

– Вы готовы попробовать поесть?

Как и прежде – молчание.

– Вы попробуете поесть?

Одиночный хлопок по кровати – победа! Как оказалось, глотательный рефлекс не нарушен.