Адвокат’essa, или Поиски Атлантиды

Вероятно, Вера где-то в канцелярии задержалась с бумагами и на звонок судьи из совещательной комнаты не успела среагировать» – все это мелькнуло в голове, и я, заходя в зал, услышала ее запыхавшийся голос: «Прошу встать, суд идет!»

Зал набился битком – какие-то пенсионерки из соседних домов, опрятно одетые, приходившие в суд, как в кино, непонятного вида мужчины и множество участвовавших в слушании дела людей. От волнения, неизвестности и жары пересохло в горле. И даже ноги дрожали. «Нет, на пляж сегодня лучше не идти», – подумалось мне.

«Именем Российской Советской Федеративной Социалистической Республики, заслушав… установил… суд решил…» Александр Борисович сделал паузу, посмотрел со своего возвышения на присутствующих в зале, глотнул воды из стакана, стоящего на судейском столе, и продолжил: «…решил – такому-то в иске о передаче детей на воспитание отказать. Детей передать на воспитание матери… Истца обязать регулярно выплачивать алименты в размере одной третьей части всех видов заработка на содержание детей шести и восьми лет до их совершеннолетия.

Сначала тишина замерла в воздухе, а потом все пришли в движение, зашумели.

– Все понятно? – дочитав текст, обратился председательствующий к матери детей. – Послушайте, возьмитесь за себя! Дети у вас хорошие, профессия есть. Измените образ жизни, чтоб не пришлось снова к вашей истории возвращаться. Вы молодая – все у вас наладится. Пообещайте, что возьметесь за ум!

Женщина опять плакала и, утирая слезы, кивнула, опустив голову.

– Договорились? – переспросил Петров.

– Договорились, – еле слышно прошептала она, глотая слезы.

В это время из коридора донеслось громогласное:

– Я говорила вам, что мы с Марксом заодно – точно битие и есть битие. Поколотил-таки судья этого паршивца папашу, показал ему дулю с маком и кузькину мать. Маркс всегда прав! – Комментарий довольной бабушки слышен был, вероятно, даже на улице.

– «Кузькину мать» – это Хрущев показывал американцам, когда стучал башмаком по трибуне, а не судья, – так же громко возразил ей кто-то в коридоре.

– Ну, я и говорю – дулю с маком! – не унималась дамочка.

Мы вышли из зала. Напряжение нескольких дней, неожиданность вынесенного решения и ощущение тяжести юридической профессии – все это одновременно как будто вытолкнуло нас на улицу. Захотелось сбросить с себя, забыть и даже смыть неприятные впечатления и освободиться от эмоций.