Поиски в пути

Пьеру тогда было три года, остался с няней в Париже. Переписывались, а когда я купила свое ателье и сняла приличную квартиру, она стала приезжать ко мне почти каждый год на недельку-две.

Следующие три записи не стала читать, не интересно, но четвертую прочитала два раза.

01.08.08, пятница. Тель-Авив.

Уже закрывала ателье, когда вошел солдат с вещевым мешком и автоматом. Или ружьем? Не разбираюсь. Посмотрела на него и чуть ли не расхохоталась. Лицо напряженное, хмурое, переминается с ног на ноги. Это же мой «спаситель»! Молчит.

– Здравствуйте, еще раз спасибо. Вы тогда не представились.

– Игорь. Игорь меня зовут.

– Здравствуйте, Игорь. Как Вы меня нашли? Да проходите, не стойте в дверях. Меня зовут Елизавета Дюкре.

Прошел и стоит.

– Положите ваш мешок и оружие. Никто их не возьмет, – указала на свободный стол.

Помялся, положил мешок не на стол, а рядом с ним. Оружие прислонил к нему. Потом пригласила к себе. Накормила. А утром отправила домой.

18.07.18. Лимере.

Слишком коротко тогда записала, очень сухо.

А ведь было немного смешно и очень странно. Нет, не подумайте, ничего между нами не было и не могло быть. Но помню уж слишком детально. Возможно, потому, что позднее вспоминала все много раз. А разговор был простой:

– Вы только что с базы? Далеко она?

– Да, с базы. Она южнее Беер-Шевы. Я прошел по Бограшева, как сказала Ваша подруга. Увидел Вас в окне.

– Понятно. Вы, наверное, проголодались? Приглашаю Вас поужинать. Тут рядом нормальное кафе имеется.

– Да нет, я не голоден.

– Не верю, даже если обедали на базе, прошло много времени. Не возражайте, Вы же мой спаситель. Я не хочу быть неблагодарной.

А сама внутренне улыбаюсь, непонятно чему. И довольна, что зашла днем в соседний салон, привела голову в порядок.

– Я сейчас закрою все, мешок и оружие можете оставить здесь. Никто его не возьмет.

– Нет, оружие я не могу оставить.

Посмотрела на него. Может быть, ему некуда пойти, если он в ателье заявился с оружием и мешком.

– Игорь, вы в Тель-Авиве живете?

– Нет, в кибуце.

Здесь слишком дорого.

Все понятно. Ехать неизвестно куда, потом не смог бы до вечера вернуться в Тель-Авив, а завтра шабат. Сама немного даже горда. Все-таки выиграю спор с Аней. А она-то мне звонила из Эдинбурга, смеялась, что с меня шампанское.

– Тогда пойдемте ко мне. Я тут недалеко живу. Найду, чем накормить.

Вижу, что он в растерянности. Наверное, сам не понимает, зачем меня искал. Нужно его успокоить.