Дамба

***

? Кирилл Константинович, ? начал говорить Хотян, ? у тебя дамбу прорвало на Урале. Ты ее инспектировал, а ее все равно прорвало.

Замминистра строительства Арам Васильевич Хотян произносил эти слова очень спокойно. Капустин знал, что подобный тон означает крайнюю степень бешенства.

? Очень серьезно, дорогой! Очень! Весь же поселок. А ты инспектировал, ? в той же интонации, с армянским акцентом продолжил говорить Хотян.

? Ты там давай собери совещание, туда-сюда. Три дня есть у тебя.

И жду отчет. Или вот, – Арам Васильевич похлопал по тонкой стопке бумаг у себя на столе. Подобный жест на языке Хотяна означал, что сам он в тюрьму садиться не собирается, но Капустина обязательно посадит.

? Пять лет, мой друг. Пять! С конфискацией. А я не хочу терять сотрудника.

? Бюджет на ликвидацию уже согласован? – сухо спросил Капустин, стоявший навытяжку перед столом Арама Васильевича.

? Квартиру продай, ? ответил тот, ? или у бобров попроси, которые твою дамбу прогрызли.

Бюджет!

Хотян почесал лысую голову и опустил глаза в телефон. Капустин собрался выходить из кабинета замминистра, но тот поднял палец и задержал Кирилла Константиныча.

? Вот еще что. Наверное, не знаешь ты, ? начал он. ? Через год в области той будет форум. Нефть, газ, такое все. Приедут все. Все, понимаешь, ? Хотян выделил голосом слово «все». – Надо, чтобы все хорошо было. И что мы молодцы. Поэтому бобры – это хорошо. При всех минусах. Это не мы виноваты, понимаешь? Не бетон наш говно, не инспекция твоя, а какие-то такие внезапные бобры! Но мы должны все поправить, понимаешь? Чтоб ни один взгляд на меня не упал.

Капустин вышел. Он все, конечно, понимал. За любое ЧП отвечали он и его департамент. При этом деньги должны были продолжать расходиться по карманам. Именно поэтому Капустин и ввел частное проектирование в надежде, что частники все сделают лучше и качественнее. Так на самом деле и было. Но бобры? Какие, вообще, к черту, бобры? Капустин впервые был так глубоко озадачен.

Он посмотрел на часы на руке и позвонил помощнице Маше.

? Через час чтобы все у меня. И Гущу вызови, – он сбросил звонок, но через секунду набрал номер Маши снова.

? И чтоб по Сакмаре у меня все на столе через час!

Когда через пятьдесят минут Капустин зашел в самую большую «переговорку» своего департамента, эти самые «все» уже были в сборе и шло активное обсуждение.