Сезон медуз

И вот я услышал, что в нашем городе открылся корреспондентский пункт высокоавторитетной газеты. И вскоре прочёл в ней статью на нашу местную тему за подписью «Андрей Курбов, собкор». И в тот же день увидел на улице, как мне показалось, свою дочь, но не смог догнать – она зашла в какой-то дом в каком-то переулке. Тут со мной произошло что-то странное. Когда я опомнился, то не смог отыскать тот дом, да и переулок тоже. Я решил, что она зашла в ваш дом. Вы в каком переулке живёте?

– Мне выделили квартиру в новом доме на улице Некрасова.

На первом этаже помещается корпункт.

– Нет, она скрылась в особнячке старой постройки…

Андрей Владимирович поднялся со стула и подошёл к окну.

По выцветшему небу полз самолёт, оставляя за собой рыхлый след. Курбов взглянул на часы – половина четвёртого.

– Как зовут вашу дочь?

– Надя… Надежда…

– Нет, – помолчав, сказал Курбов. – Что-то здесь не так.

– Попробую выяснить, – тихо отозвался Плотцев.

 – А пропуск всё-таки возьмите. На пляже сейчас хорошо. Отправляйтесь-ка на пляж.

Старый ветер пролетел

За день песок сильно нагрелся, и, ступая по нему босыми ногами, Андрей Владимирович слегка обжёгся, а потом ничего – притерпелся. Он разделся, бросил одежду на изголовье топчана и лёг животом на его горячее ложе.

Синяя гладь воды у горизонта слегка приподнималась, и оттого залив в бронзовой оправе берега казался огромной выгнутой линзой, за сотни веков идеально отполированной ветрами и днищами кораблей.

Курбов прослушал переданную по радио сводку биоклиматической станции: «Температура воды в море 25 градусов». Курортник в зелёных плавках, расположившийся по соседству, удовлетворённо крякнул и закрыл лицо книгой.

Никто не купался. Только у самого берега мужчина и женщина колотили руками по воде, норовя обрызгать друг друга. Андрей Владимирович понаблюдал за их игрой и закрыл глаза. Он не исключал розыгрыша, который вполне могли затеять его московские приятели, чтобы напомнить, что они живы, здоровы и по-прежнему горазды на выдумки, но вспомнил усталые, красные от напряжения глаза Плотцева… Вряд ли бы тот согласился участвовать в розыгрыше.

Значит… Ничего не значит. Не было у него никогда девушки, которая из любви к нему отказалась бы от перспективного жениха, возможности насовсем обосноваться в Москве, в среде её коренных жителей.