Превратности судьбы (сборник)

Так что вдруг кому нужна хата

И баланда на каждый день,

Повезёт, будет и зарплата,

Коль работать тебе не лень.

То иди, проси прокурора,

Он поможет, всё может быть,

И с другой стороны забора

Ты «с удобствами» будешь жить.

Прогулочный дворик

Четыре на восемь прогулочных шага —

Восемнадцать квадратных метров ходьбы.

Суровые эти тюремные блага

Для каждой тяжёлой тюремной судьбы.

В закрытый решёткою каменный дворик

Зэка ежедневно выводят на час.

Чуть что – надзирателя бдительный окрик

С угрозой лишиться прогулки для вас.

Лишь час дан, чтоб сплюнуть тюремную плесень —

Тюремной чахотки родного дружка,

Услышать пичуги щемящую песнь —

Марш вашим прогулочным мелким шажкам.

Четыре на восемь прогулочных шага —

Восемнадцать квадратных метров ходьбы.

Суровые эти тюремные блага —

Дар каждой тяжелой тюремной судьбы.

«Неужели пролетит так лето…»

Неужели пролетит так лето,

А за ним так жизнь моя пройдёт?

Неужели в моей жизни это

Весь остаток дней моих займёт?

Неужели впредь через решётку

Суждено на небо мне глядеть,

Чувствуя подглядыванье в щёлку,

На тюремной шконке умереть?

Боже мой, Великий! Мой Спаситель!

Я тебя прошу: меня прости

И не дай, чтоб дальше Искуситель

Мог меня от жизни увести.

«Мой следователь был такая сука…»

Мой следователь был такая сука,

Всё говорил, что буду я сидеть,

Мол, будет впредь другим потом наука,

Посмотрим вот тогда, что будешь петь.

А опер – тот сгноить всё обещался,

Где дед Макар своих телят не пас.

Он ждал, чтоб я от страха облажался,

А я не сдрейфил и на этот раз.

И просчитались и следак, и опер —

С испугу я в штаны не наложил.

Я ум свой ведь не прокурил, не пропил,

И я на них с прибором положил.

Не знали, что когда-то я в разведке

Урок для жизни важный получил.

Там разум нужен твёрдый, а глаз меткий —

Закон разведки так всегда гласил.

А следователь – всё ж такая сука,

Всё говорил, что буду я сидеть.

Но ни к чему мне эта их наука —

Мне хочется на воле песни петь.

Романс

За тюремной решёткою воля,

Воздух чистый и солнечный свет,

И знакомый когда-то до боли

Хризантем белых пышный букет.

Что же делать теперь, дорогая,

Эти я испытанья пройду,

Жизнь у нас ещё будет другая,

Я к тебе вновь с букетом приду.

Я приду и тебя поцелую,

Свою душу тебе отворю.