Лезла баба на печь

Мы с мужем, видимо, уже в силу возраста, очень плохо переносим отсутствие животного белка, поэтому, с вашего благословения, убрали полностью из рациона только мясо и мясные продукты, а рыбу и даже иногда молоко и яйца себе позволяем. Детям кашу варю на воде, а в тарелки добавляю молоко. Яйца варю отдельно. То есть мы им максимально даём поблажку. Но, например, полностью убрали конфеты, а сласти – печенье, зефир и проч. – едят они после Причастия, матушка в храме их угощает, или в гостях где-то.

Я стараюсь себя сдерживать в обидах, окриках на детей (хотя полностью удержаться не получается, каюсь), в количестве съеденного.

Муж всю первую неделю ездил на чтение Покаянного Канона Андрея Критского, что тоже подвиг, это первый раз в его жизни. Сейчас мы хотим ещё ездить на литургии Преждеосвященных Даров, которые будут в будни.

Но, конечно, мне кажется, что мы довольно прохладно относимся в этот раз к посту, нет строгости, нет тишины в сердце. Какой-то общий раздрай в делах, который всегда усугубляется к Посту, даёт о себе знать.

Очень часто и скрупулезно приходится анализировать своё поведение.

– Что ж, это спасительно.

Таня, в культовом мультфильме мама мальчика дяди Фёдора жаловалась, что ей в Простоквашино незачем и не для кого надевать вечерние платья, разве что быков очаровывать. Как этот чисто женский, женственный слой бытия реализуется в вашей деревенской жизни?

– Я раздала всю свою городскую одежду из прошлой жизни. Помимо всего прочего, я ещё и располнела после рождения троих детей подряд.

Духами нас отучили пользоваться пчёлы. Кремами я не пользуюсь тоже, кожа стала заметно лучше. Большую часть времени я хожу в футболках, спортивных штанах, юбках, что попроще. Зимой куртку накидываю. Из обуви, в основном, – пластиковые калоши (у меня они «девчачьего» розового цвета), в которых и зимой не очень холодно, если быстро за дровами или по другим делам выбежать. «Модно» одеваюсь в гости, в храм, в город за покупками. Но это тоже не та городская мода, к которой я привыкла.

Во-первых, изменились мои взгляды на одежду. Сейчас смотрю на то, что я носила, скажем, на юге, в Геленджике, и думаю: «Мдааа…».

Во-вторых, я уже не могу носить ненатуральные материалы. Только хлопок, лён, кожа, шерсть. В-третьих, почти всегда со мной мои трое малышей, и это обязывает носить немаркую одежду со множеством карманов, за которые можно зацепиться маленькими ручонками.