Привкус полыни

Два мужика со Станколита,

Ведут опасный разговор-

«Чем только думает Никита,

На хлеб талоны до сих пор!

С весны пустуют магазины,

Воруют, надо понимать,

Лишь запыленные витрины,

«Волюнтаризм-ядрена мать!

В хвосте волненье-вдруг не хватит?

«Давай, Серёга, по одной!

Коль друг чекушкой не отплатит,

Испорчен будет выходной.

Стоит народ «хрущёвки» ради,

А в доме-хоть шаром кати,

Звучит: «…Мы здесь не на параде,

«Мы к коммунизму на пути…[4 - P.S. «Марш коммунистических бригад»]

1.

Закончилась эпоха «старцев»,

Возликовал народ простой,

Давно пора за дело браться,

«На свалку пьянство и застой!»

Стране явился новый лидер,

И занял место у руля,

Немало он изъянов видел,

Внутри большого корабля.

Пришёлся людям он по нраву,

Приветлив, молод и речист,

Дается высший пост по праву,

Тому, кто помыслами чист.

Он заявил с трибуны бойко:

«Настало время перемен!»,

Что Гласность, мол, и Перестройка,

Приходят косности взамен.

«У нас большие перспективы,

Имеем всё – и нефть, и газ,

Побольше инициативы,

С участием народных масс!»

Но что такое Перестройка,

Пока никто не представлял,

Как—будто, где—то новостройка —

Так обыватель понимал…

Корабль наш требовал ремонта,

По старым швам давал он течь,

Трудилась до седьмого пота

Команда, чтоб его сберечь.

Но Капитан сказал: «Не надо!

Мы перестроим наш ковчег,

Сначала выкрасим с фасада,

И поменяем низ и верх.

Мы сразу начали с фасада,

Немало сделав добрых дел,

Всё получалось так, как надо,

Здесь Капитан наш преуспел.

Остановил войну в «Афгане» —

(К чему нам чуждая страна?)

Не поддержал режим в Иране,

И Куба больше не нужна.

В Германии войска стояли —

Он срочно вывел все войска,

Вот, правда, танки растеряли,

Их не найдут ещё пока.

Зато Берлин освободился,

Объединилась вся страна,

В газетах лозунг появился:

«Прощай, Берлинская стена!»

А наш корабль едва держался,

Хотя, дал крен на правый борт,

Народ тихонько возмущался:

«Когда ж до нас черёд дойдёт?»

В стране и так было «не густо»,

Царили блат и дефицит,

А тут и вовсе стало пусто,

Лишь чёрный хлеб – как антрацит.

Народ товаром запасался,

Скупали сахар и муку,

А тот, кто больше всех старался,

Те брали сразу по мешку.