Больница и другие рассказы

А в доме твоём, когда крышу стелил, вещицу я одну оставил, под кровлей рядом с трубой, завернуто в тряпицу. Ты её достань, да не смотри, а то всем плохо будет. Тебе до неё дела нет. А я потом скажу, что делать, вот и весь сказ. Поможет она мне, а я – тебе. Понятно говорю-то?

– Понятно.

– Понятно, да видать не очень. Ты вещицу эту мне принеси, а что делать – скажу после. Сам-то я не могу разделаться, да и всем больше пользы будет, ведь ненароком и тебя зацепило.

Тут всё стало ясно- мелкие проблемы, ставшие постоянными в последнее время болезни, всё шло отсюда.

– Хорошо, когда?

– Завтра, в это же время. Ну бывай, недосуг мне тут с тобой, дел много всяких, ведь один я.

– Постойте, у меня просьба одна. Мне бы своих повидать, поговорить надо, а как – не знаю. Поможете?

– Эх, непросто это, ну да ладно. Может и помогу, посмотрим, не всем дозволено, да и обид у твоих много накопилось, потому и молчат давно. Вижу, гложет тебя, и видать сильно. Ладно, сделаю.

На том и расстались. Димка не шёл, а летел домой, штопором взмыл по лестнице наверх, открыл чердачную дверь.

Под крышей было тепло и сухо, пахло деревом, капельки смолы, как слёзы покрывавшие стропила, отражали редкие лучи солнца, создавая вокруг янтарный блеск. Он засунул руку под трубу и почувствовал что-то мягкое и, как сказала бы его бабушка, вохкое, завёрнутое в ветошь. Положив вещицу в пакет, Димка выполз из-под крыши и спустился вниз. Ждать оставалось недолго – всего сутки.

На следующий день было ветрено и неуютно, собирались грозовые тучи, вот-вот, казалось, полыхнёт молния и прольётся хорошим осенним дождём.

Димка быстро собрался, схватил пакет и, не чуя под ногами земли, понёсся в лес. На этот раз дорога ему показалась гораздо короче. Дед был на месте и, как видно, ждал его с нетерпением.

– Принёс? – не тратясь на приветствие, спросил старик. – Ну так давай, настало времечко.

Димка протянул пакет.

– Молодец, что не смотрел, а то худо было бы, – похвалил его старик. – Теперь так: пойдёшь к бочагу, макнёшь, потом под деревом зароешь и вернёшься.

Сам я не могу, нельзя мне. Что будет необычного – не бойся, назад не смотри. Понятно говорю-то? Ну давай, не тяни.

Всё сделал Димка, как учил дед. Вещица, как обмакнул, вроде живая стала, зашевелилось в ней что-то, и он быстро, с отвращением, запихнул ожившую гадость в корень дерева, отвернулся и побежал не оборачиваясь. Что-то ухало, скрипело, потом затихло. Вся природа тоже успокоилась, ветра больше не было.