За гранью игры

– Не знаю, чего она хотела. Но явно не того, что я ей показал.

Алексей поперхнулся, едва глотнув коньяк. Он был крепкий, но больше он обжегся словами Игоря.

– Я купил вино. Хорошее. Знаю ведь, как эти питерские цыпочки ценят лоск, – с нотами негодования звучал Игорь. – Включил музыку. Поначалу все шло неплохо. Она, как всегда, улыбалась. Даже, казалось, немного смущалась.

Алексей поймал себя на мысли, что ему было неприятно слушать об этом. О том, как девушка, которая ему безумно нравилась, о которой он мечтал, отдавалась другому.

Даже не смотря на то, что этим другим был его кореш со школьной скамьи. Но он сразу впутался в эту историю. И назад уже хода не было, пришлось слушать, преодолевая боль.

– Не знаю, что я сделал не так? Вроде все, как со всеми. И никто никогда не жаловался, – лицо Игоря было переполнено возмущением. – Раздел ее, знаю ведь, как это любят девчонки – когда их раздевают медленно. Потом поцеловал.

– Туда? – коньяк начинал действовать, и Алексей стал готов услышать интимные подробности.

– Куда туда? – лицо Игоря стало озадаченным и, возможно, уже от алкоголя, туповатым. По крайней мере, такой вопрос из уст опытного в постели парня звучал очень странно.

– Куннилингус, так ведь это называется.

– Ого, какие темы ты знаешь! – вжался в стул Игорь.

– Ну, ты сам завел тему секса.

– Нет, в киску я ее не целовал, – голос Игоря стал вялым. – Мне казалось, она и так уже была готова, и вообще не думал, что она девственница. Ну, кто мог по ней это сказать! Вот ты разве бы подумал?

– Нет, – бросил Алексей, мрачнея.

Потом, после непродолжительной паузы добавил. – Но женщин сложно угадать.

Они замолчали. Налили себе по стакану. Оба выпили коньяк залпом, сморщив носы.

– Почему ты тогда назвал ее шлюхой? – спросил Алексей.

– Потому что она запросила у меня того, чего могут только шлюхи! – оживился Игорь. – Я трахнул ее лежа сверху. Она почти не стонала, наверно не почувствовала ничего из-за девственности. Но и не жаловалась на боль.

А потом заявила: «Я думала, это будет иначе. Ты казался мне таким опытным. И я хотела, чтоб это было в разных позах, сзади, сверху, с завязанными глазами и руками». Прикинь! Чего запросила! Да ни одна девчонка мне подобного не говорила! И даже Танюха, помнишь ее? С медучилища? Та уже опытная, мужиков повидавшая, и то мне ни разу слова плохого не говорила, и таких камасутр не запрашивала! А эта мокрощелка и малолетка! – он ударил кулаком по столу.